— Мал, да удал, — улыбнулся Броден. — Человек встал на Путь в десять лет и дошёл сюда без даров быстрее, чем кто-либо из нас с дарами. Никому не советую задевать этого юношу. Перед вами наследный принц Эренбурга. Высшая знать даже на Пути остаётся знатью. Люди чести не прощают обид.
Дно вселенной! Зачем ему это? Топорная провокация подана в лоб. После подобной подначки, меня обязательно проверят на вшивость. Ещё один приказ наместника? Тому мало скормить меня Бездне? Местный мелкий правитель захотел ещё и унизить бывшего наследного принца? Едва ли это инициатива Бродена. Ему конфликты в своём отряде без надобности.
— Ещё один благородный… — закатив глаза, пробормотал чернобородый гигант с широким приплюснутым носом. — Мало нам одного было. Теперь снова за столом не рыгнуть, не пёрнуть. Командир, может, ты того, — не то в шутку, не то всерьёз попросил он Бродена, — Его Высочество сразу к себе заберёшь? Отобедаете в своём благородном кругу, вилочками в салатик потыкаете? Негоже милорду трапезничать с такой швалью как мы.
Хохот. И капитан Искупляющих тоже смеётся. У них подобные шутки в порядке вещей. Дистанция между бойцами и командиром в отряде, и правда, отсутствует. Броден не врал про семью. Они все здесь друг другу близки. Чтобы влиться в команду, придётся заставить себя уважать. Сейчас я здесь — пришлый чужак. Бесполезный, и самое главное: удлинивший их очередь. Сомневаюсь, что Ключи от Бездны удаётся находить в каждом походе.
— Не порть мне аппетит, Вилли, — отсмеявшись, скривился Броден. — Не моя благородная кровь не даёт мне наслаждаться едой в твоей милой компании. Ты не думай — не вся знать так брезглива, как я. Уверен, Эндор вытерпит твоё присутствие за столом. Он же только с Воды. Если помнишь, там не было, ни столов, ни тарелок, ни вилок.
— У меня была. Называлась нож, — улыбнулся я.
У меня нет желания лезть в расставленную Броденом ловушку. Начинать свою службу с конфликта с кем-либо из своих будущих товарищей по отряду я не намерен. Благородный мальчишка тоже умеет шутить, и он вовсе не сноб.
— Удивлю тебя, мальчик, но ножом можно не только есть, — с ленцой в голосе произнёс вальяжно откинувшийся на спинку стула невысокий мужчина с гладко выбритым подбородком и с чем-то натёртыми до блеска чёрными волосами, аккуратно расчёсанными на пробор.
Нет, без проверки благородного юнца в «свои» точно не примут. С их общим настроем всё ясно. Моя шутка не вызвала нужной реакции, зато грубый ответ брюнета спровоцировал новый взрыв хохота. И Броден в очередной явной провокации конфликта не видит проблемы. Они сговорились заранее. Однозначный заказ наместника. Мне сегодня быть битым.
— Ладно, парни, знакомьтесь, — шагнул к двери капитан Искупляющих, — а я пошёл есть. Обед стынет.
Жуль Броден удалился, и я под направленными на меня взглядами семи пар глаз сел за стол. Буду есть. Никакие попытки расположить к себе этих людей, мне сейчас не помогут. Запланированного конфликта не избежать. Кто из них выступит в роли «учителя»? Бородач Вили, лысый Огнеплюй, тот холёный брюнет?
— Значит Бездны боишься?
Всё же последний. Обладатель блестящих волос снова обращался ко мне, не поворачивая головы в мою сторону. Ещё одна явная провокация. Можно было бы дать им понять, что их игра раскрыта, но демонстрировать свою проницательность я не хочу. Мне нельзя выпячивать свою силу, что физическую, что любую другую. Раз уже всё решено за меня, помогу им ускорить процесс. Уже ясно, что поесть у меня не получится.
— Я ничего не боюсь.
И сходу ответ, не оставляющий благородному юноше выбора.
— Только дураки ничего не боятся. Разумный страх — защита, вложенная в нас самим Создателем. Он — предупреждение о грозящей человеку опасности.
Проигнорировать прямое оскорбление наследный принц не может ни при каких обстоятельствах. Я резко поднялся.
— Когда и где?
— Это вызов?
— Естественно.
— Через час возле тира. Тебе будет полезно.
И вмешиваться никто не спешит. Шесть довольных предвкушающих взглядов направлены на меня, седьмой устремлён на наколотую на вилку котлету, которую хитро улыбающийся брюнет только что достал из общей тарелки.
— Всем приятного аппетита, — пожелал я присутствующим и покинул трапезную.
Ничего, поем на ужине. Драться лучше на голодный желудок. Интересно, позёр, которого я вызвал на поединок, предпочтёт мечи кулакам, и, если да, то будут ли они тренировочными? Едва ли у них здесь разрешены бои насмерть. Бездушные — слишком ценный ресурс. Если бы наместник желал убить меня, он бы уже это сделал. Тем более, что прикончить на поединке того, кто проглотил жемчужину всё равно не получится. По замыслу правителя провинции Джи моим палачом станет Бездна. Сейчас его цель — лишь меня наказать.
