Отказаться, не потеряв лицо, невозможно. Я не ожидал подобного поворота событий и своим чётким следованием образу принца неумышленно загнал себя в угол. Мне придётся рискнуть. Лучше я навлеку на себя гнев наместника, чем лишусь положенной каждому новичку награды. Тем более, что теперь та достанется мне в двойном размере. Соблазн слишком велик. Ради двух Ключей можно даже пожертвовать нормальными отношениями с этим позёром, какие в теории я мог бы с ним наладить после своего поражения. Я не собираюсь надолго задерживаться в Тёмном отряде наместника.
— Дункан!
Куда делась вся напускная весёлость Бродена? Брюнет явно отклонился от договорённостей. Здесь подобные ставки не приняты.
— При всём уважении, капитан, — ухмыльнулся наглец. — Ты не можешь нам запретить играть в азартные игры. Это — наше законное право. Ферхат мёртв. Мне теперь даже в кости обыгрывать некого. Никто не заставляет мальца…
— Я согласен, — перебил его я. — Единый свидетель — ты сам виноват.
Победа обернётся для меня обидой одного и гневом второго, отказ — потерей уважения семерых. Я всё уже взвесил. Так будет в данной ситуации выгоднее.
— Вот видишь, — по-прежнему не смотря на меня, улыбнулся своему командиру Дункан. — Я не настаивал, я просто предложил.
— Как знаете, — махнул рукой тот. — Вы оба в своём праве. Сам будешь выкручиваться.
Последнего я не понял. Эта фраза явно относится к их скрытым от меня договорённостям, но, что она значит — вопрос.
— Эй, служивые! — крикнул занимающим нашу будущую арену солдатам довольный донельзя Дункан. — Освободите-ка нам место. Сейчас будет весело.
Командир последних, наблюдавший за тренировкой подчинённых, нашёл взглядом Бродена и, когда тот кивнул, отдал своим людям соответствующий приказ. Через минуту мы с моим противником уже стояли напротив друг друга в центре огороженного квадрата стороной десять на десять шагов с деревянными мечами в руках. Лучащийся самодовольством Дункан расстегнул пару верхних пуговиц чёрного полухалата, обнажив волосатую грудь. Его наглый самоуверенный взгляд наконец-то упёрся в меня.
— Дерёмся до пяти касаний, — озвучил он правила поединка. — Если обида, которую я нанёс тебе так сильна, постарайся бить сильно. Лёгкие уколы не принесут тебе удовольствия.
Он лукавит. Деревяшки, заменяющие нам мечи, уступая в длине, весом существенно превосходят, что рапиру, что тем более шпагу. Разящие уколы и резкие выпады здесь не так эффективны. Впрочем, это неважно. Если Дункан, каким бы он мастером-мечником не был, не станет жульничать при помощи дара, у него шансов нет. Бой закончится через несколько проведённых в ожесточённой рубке минут со счётом пять против четырёх в мою пользу.
Отыграть такой номер для меня не составит проблем. Мы доставим удовольствие зрителям. В том числе и заказчику этого шоу. Оборачиваясь, я ни капли не сомневался, что увижу у себя за спиной, на балконе, того самого наместника Сона, по чьему указанию сендайские Искупляющие и затеяли этот спектакль.
Дно вселенной… Он там. И он там не один. Рядом с напомаженным щёголем в красном богатом наряде и в такого же цвета причудливой, вышитой золотом шапке с торчащими вверх и в стороны лучами крестообразной звезды, стоит гость, чья не менее необычная внешность моментально позволила мне понять, кого я увидел.
Серый свободный полухалат из блестящей тончайшей материи прикрыт длинным плащом с боковыми разрезами. Руки мужчины скрывают просторные рукава. На голове же соседа наместника Сона волосы собраны в напоминающую медузу причёску из множества кос. Нет, не Лант. Но Вилор. Несомненно Вилор.
— Начинайте! — дал нам отмашку Броден, и Дункан медленно двинулся в мою сторону.
И пусть смотрят. Ничего сверхъестественного я сейчас демонстрировать не собираюсь. Только местные техники. Никаких усилений узлами. Юный принц фехтует с пелёнок. Его учили лучшие мастера. А в троеросте меня этот Дункан едва ли превосходит так сильно, чтобы это дало ему неоспоримое преимущество.
Так и есть. Движения Тёмного не настолько быстры, чтобы я с ним не справился. Начинаю игру. Прыжки, отклонения, ложные выпады. Он хорош. Но хорош лишь на фоне других местных мечников, с кем мне доводилось здесь сталкиваться. Тот же Хайтауэр одолел бы его без проблем. В лучшем случае уровень Крюгера.
Пропускаю удар. Пусть порадуется. Он достал меня вскользь. Про мешающие подвижности травмы здесь речь не идёт. И спустя полминуты бью сам. Тоже очень щадяще, имитируя удачный приём, еле-еле достигший успеха.
Улыбки на красивом лице Дункана больше нет и давно. Уже осознавший, что здесь всё серьёзно, мужчина предельно сосредоточен. Он пытается воспользоваться преимуществами, которые дают ему длина рук и более высокий рост, удерживая удобную для себя дистанцию.
Позволяю ему себя снова достать. И чуть позже ещё раз. Он якобы меня раскусил, смог понять мою технику. Теперь моя очередь. Проведя в глухой обороне минуту, резко меняю тактику. Он такого не ожидал. Раз ошибка, вторая. Вот счёт и сравнялся.
