Горро стоял на своём любимом холме, наслаждаясь великолепным видом. Внизу раскинулась его деревня Гарлия, окружённая горами. Хотя они находились далеко на горизонте, их мощь создавала ощущение, будто они нависли над деревней, словно стражи или, возможно, недоброжелатели. Горро всегда с теплотой относился к этим величественным каменным гигантам, которые, казалось, стояли на одном месте веками. Он видел в них своих друзей — сильных, больших и, что самое главное, неизменных, как Глаза Соллэса. Горы всегда оставались неизменными, они не выражали осуждения и не просили ничего взамен. Горный хребет простирался с запада на восток, окружая небольшие жилища людей. Он образовывал длинную линию, двигаясь с севера на юг. На некоторых вершинах снег не таял даже в самые жаркие летние месяцы. А сейчас деревья, украшенные красными листьями краснолиста и золотыми листьями дерева Соллэс, создают яркое и пёстрое зрелище.
Горро с любопытством наблюдал, как через ворота въезжают два конных рыцаря. За ними следовала карета, напоминающая маленький дворец, украшенный красным бархатом. Её деревянные детали отливали чёрным цветом.
Вслед за рыцарями двигались ещё шестеро всадников. Все они были облачены в доспехи и носили пурпурные плащи. Эти люди не были похожи на обычных рыцарей или подданных короля, которые приезжали сюда раньше. Это были Хроны. Богот вернулся в деревню.
Мальчик пробежал вниз. Возможно, Горро когда-нибудь сможет позволить себе лошадь. Когда станет знаменитым кузнецом, то сделаем себе безупречный меч. Такой меч, которых мир ни видывал прежде. Гарлия расцвела под руководством дарона Богота. Порой торговцы посещали с диковинками и инструментами. На дворе стоял последний месяц лета, август, предупреждая о приближающейся осени порывами холодного ветра.
Горро спешил к ней, чтобы поделиться последними новостями. Он любил рассказывать всё, что происходило в его жизни, а она внимательно слушала и умела поднять настроение. Мальчик чувствовал себя немного виноватым перед своими друзьями Удо и Кэлом, но что он мог поделать? Игры перестали его интересовать. Этой осенью в его жизни произойдут важные изменения, и он это знал. Пришло время взрослеть, а игры уже не для детей.
Горро пришел к реке, к той самой, где когда-то у него украли рыбу. Около берега сидела Лина, окунув ножки в приятную прохладную воду. Пресная и кристально чистая река текла прямиком из скалистых гор.
Мальчик присел рядом и стал рассказывать об увиденном. Несмотря на то, что Горро говорил спокойно и шутливо, пытаясь не придавать значения Хронам в плащах, Лина разволновалась. Это можно было понять, потому что она молчала, что для нее было не характерно. Горро часто мог ощущать настроение девочки. Не надо было слышать её голоса или смотреть на жесты. Даже не надо было смотреть в красивые и такие глубокие глаза янтарного цвета. Он её чувствовал, как чувствует свои руки или своё тело.
— Не переживай. Завтра, может, вообще уедут, и всё. Да и дарон Богот честный муж. Добрый, — улыбнулся он.
Лина посмотрела на него, легонько улыбнулась, чтобы скрыть свои переживания.
— Я хочу тебе кое-что показать, — нежно замурлыкала Лина.
— Ты…? — неуверенно спросил Горро и обругал себя за такой наивный и глупый вопрос. Его всегда раздражали бессмысленные предложения, без которых и так понятно. Когда ты видишь, что человек проснулся, и спрашиваешь: «Проснулся?». Когда человек набирает воду из колодца, и ты не находишь ничего, что сказать, и поэтому произносишь: «Воду набираешь?». Разговоры про погоду, вечное изумление соседей: «О, да ты подрос!». Конечно же, он подрос! А что ему ещё остаётся делать?
«Да уж, я действительно гений!» — снова подумал он, в который раз укоряя себя за эту неприятную привычку.
— Да, — ответила девочка и улыбнулась. Горро всегда восхищался её искренней улыбкой. Её пухлые губы были такими мягкими, что он едва сдерживался, чтобы не провести по ним пальцами. Ему хотелось почувствовать, какие они на ощупь, и, возможно, даже поцеловать их. Каждый раз, когда он представлял себе это, у него перехватывало дыхание. Внутри него словно разгорался огонь, который с каждой секундой разгорался всё сильнее.
— Сегодня я научилась этому и с нетерпением ждала, когда смогу продемонстрировать тебе свои умения, — произнесла она, закрыв глаза и извлекая из кармана ветку с обгоревшим кончиком.
Секунда, десять секунд — ничего не происходило. Горро не трогал её, понимая, что не стоит отвлекать Лину в моменты сосредоточенности.
И вот, наконец, сначала воцарилась полная тишина, но лишь на мгновение. Затем раздался лёгкий звук, словно щелчок, и на краю веточки появилась синяя искорка. А на конце ветки заплясали язычки синего пламени.
«Как это возможно…» — подумал Горро в изумлении. В свои тринадцать лет он никогда не видел ничего подобного. И это было одновременно и удивительно, и пугающе. Магия притягивала его, но и вызывала страх. Горро страстно желал обладать такой же способностью, как у Лины. Но даже она сама не знала, как ей это удаётся. Она даже не помнила, как и когда вылечила его руку.
