Дверь открылась, и к нему направились тяжёлые шаги, сопровождаемые огромной тенью. Они были прерывистыми, как будто человек хромал. Перед воротами Горро увидел толстого мужчину. В левой руке он держал ключи, а в правой — факел.
Первое, что привлекло внимание мальчика, — это пурпурная повязка на плече мужчины. Точно такую же повязку носили Хроны.
— Его тоже? — тяжело дыша, спросил он куда-то вправо.
Казалось, ему было трудно говорить, он хрипел, будто в горле что-то застряло. Горро не услышал ответа.
— Такс, вроде обычный…
— Тебя разве спрашивали? Выполняй приказ! —кто-то подошёл поближе и возмущённо произнёс прямо в лицо толстяку:
Насколько мог понять Горро, это был Эхот.
— Эхот! Я разве учил тебя грубить?
Тяжело шагая, подошел Богот.
— Прости меня, Горро, но я уже говорил тебе. Есть вещи, которые выше нашей власти. Некоторые события случаются просто так. Я обязан сделать то, что меня ждёт. И не только меня, к моему глубокому сожалению. Я принял свою судьбу. И ты прими свою. Так будет легче. Когда мы окажемся там, я многое скажу, но ты должен знать, что я тебя не виню. Мы живём в такое время, и именно нам с тобой придётся пройти через это. Не бойся. Всё в конце концов будет хорошо.
Его схватили и унесли, словно безвольную куклу. И только теперь Горро смог в полной мере осознать весь ужас произошедшего: они нарушили Каноны. Горро нарушил третий, четвёртый и пятый Канон.
«Лина!».
Глаза мальчика наполнились слезами. Он не понимал, куда его ведут, и это вызывало у него страх и дрожь. Полуденный ужас охватил его разум. Мир словно натянулся, как струна, и, казалось, вот-вот лопнет. Ноги стали ватными и слабыми. Ему сделают больно? Отрежут пальцы? Убьют?
«Магна! Я же не виноват!»
Среди разнообразных звуков мальчик слышал только гул в своей голове, сжавшейся от тревоги.
На руки мальчика надели что-то холодное и тяжёлое, а затем — на лицо. Это было похоже на намордник, который закрывал рот и нос, оставляя только два маленьких отверстия для дыхания. Всю конструкцию закрепили на затылке, сильно сжав череп. Горро почувствовал, как при затягивании вырвали клок его волос. Сам факт такого жестокого обращения разрушал его представление о мире и понятии добра и зла. У него перехватило дыхание.
«За что? Почему это происходит со мной? Как же хочется, чтобы это закончилось, чтобы всё вернулось на свои места. Магна, может быть, это просто сон? Неужели это всё окажется лишь сном?»
На улице темное небо окутало всю деревню. Безлунная ночь нагнетала и тревожила. Их закрыли тучи? Или Лэннос не хочет смотреть? За дверью он увидел всех жителей деревни. Все смотрели на него. Изумлённые. Испуганные глаза излучали страх, а вместе с ним и ненависть. Толстяк снова потащил его, Горро опустил голову и почувствовал бесконечную вину. Тот человек, Воуд, он же жив? Неужели они с Линой его убили. Но Горро же ничего не сделал. Может у него получиться объяснить, что случилось на самом деле? И его отпустят.
Мальчик смотрел на свои башмаки и руки. У него не хватало смелости, чтобы смотреть в глаза. Стыд. Позор. Страх. Все чувства смешались в водовороте души.
На руках его были металлические цепи необычного тёмно-зелёного цвета, напоминающие чашу, в которую мама наливала суп. Цепи соединяли руки, а от их середины тянулась ещё одна — к лицу, к маске, которая крепилась примерно у рта. Металл на цепях отливал жёлтым, а его руки и лицо согрелись от тепла. Внезапно кто-то схватил его за подбородок и потянул к себе.
Стоял дарон Богот с факелом.
— А тебе идёт эта маска. Она не даст Хагнии завладеть тобой. Прям под цвет глаз. — затем, более мягким голосом добавил— Ты не виноват, Горро. Но скоро все закончится. Все получат то, что заслужили.
Богот медленно повернулся к толпе и молчал, оглядывая собравшийся народ. Все шушукались, переговаривались, но практически не шевелились и не поднимали голоса. Богот молчал долго. Очень долго. Настолько, что единственным звуком, был треск факела, который держал служитель Хронов, Крыло Рас’Зака.
— Слушайте! — крикнул Богот, — Слушайте и внемлите! Эти дети, эфреметы! Они жили среди вас, скрываясь под личиной мальчика и девочки. Эти существа питались вашими силами, удачей, Вашим здоровьем! Это настоящие демоны из мада, которые высасывают наше благодушие и сердечность! Вы не видели того, что видел я! Вы не держали в руках тело любимого человека, который захлебывается собственной кровью, которого растерзал Эфремет! Они ни знают чести, не знают любви, не знают добра! Они уничтожают всё на своем пути! Бездушные твари губят жизни!
Богот замолчал, зная, что наступит тишина. И когда вот-вот тишина казалось невыносимой, он разорвал её своим могучим голосом.
