Киф сразу представил себе Мелвина с открытым ртом и вышибленными зубами. Он рассмеялся.
- Слушай, Киф, если ты не хочешь ехать обратно в Массачусетс, я поговорю с отцом об этом.
- Нет, не надо. - Он взглянул на Райля, набираясь мужества, чтоб спросить его о Джинкс. Но Райль прикрыл глаза и замкнулся в себе. Момент был явно не подходящим для подобных вопросов, но Киф просто должен был знать правду! Он выпалил:
- Она вышла за него замуж, Райль? Джинкс и кузен Эрик - они поженились?
Райль и не посмотрел в его сторону и так долго не отвечал, что Киф уже подумал, что он и вовсе не ответит ему. Но наконец он сказал:
- Нет, она не может быть замужем. Все они думают, что да, замужем, но она вернется, вот увидишь. Она приедет домой и будет в точности такой же, как и всегда.
Киф так хотел, чтоб Джинкс приехала домой, чтобы Райль оказался прав. Но почему-то он не стал чувствовать себя лучше после того, как получил такой ответ.
Только в конце этой недели, когда его каникулы уже почти промелькнули, ему удалось еще раз поговорить с Райлем с глазу на глаз.
Тем утром отец, Райль и Карр надолго заперлись в библиотеке, и, устав их ждать, Киф пошел в конце концов в бильярдную, чтобы забросить в лузу несколько шаров. Он пробыл там совсем недолго, когда, смеясь, туда вошли Карр и Митч. Митч похлопывал Карра по плечу.
- Хочешь поиграть с нами, Киф? - спросил отец.
- Нет, спасибо, я как раз собирался уходить.
.
Он нашел Райля в библиотеке: безутешный, тот смотрел в окно в сад.
- Привет!
Райль медленно повернулся к нему, и Киф поймал выражение глаз брата.
- Эй, у тебя все в порядке? Райль поморгал, вздохнул и улыбнулся закрытым ртом.
- Все о'кей, - сказал он, подражая отцу. - А что ты задумал, приятель? Хочешь покататься верхом в горах?
- Конечно. Но сначала я хочу кое о чем спросить тебя.
- Валяй, спрашивай.
- Ну, никто мне ничего не рассказывает. Все пишут мне письма, но ничего не говорят в них.
Глаза Райля скользнули от окна на Кифа.
- Я буду писать тебе теперь, если хочешь. Извини, я как-то совсем упустил это из виду.
- Это ничего. Ведь ты - ну, занят. Райль снова посмотрел в сад.
- Так о чем же ты хотел узнать?
- Я хочу узнать, что собирается делать Карр. Он пытается убедить в чем-то отца, и я хочу узнать, в чем.
Райль как будто встревожился.
- Отец думает, что Карр изменился, - настаивал Киф. - Но это не так. Он никогда не изменится.
- Ну, лагерь номер десять превратился в довольно-таки оживленный городок. Они даже называют его Кэмптеном. И Карр подумал, что было бы неплохо построить железную дорогу, ведущую в Орегон и Калифорнию. Ты же знаешь, как отец относится к железным дорогам. Он говорит, что благодаря их строительству в стране появится много миллионеров.
- Наверное, мне не нравится эта идея только потому, что она принадлежит Карру, - неопределенно сказал Киф. - Я не доверяю ему.
Райль улыбнулся.
- Отец умнее, чем десять таких Карров, и его не очень-то проведешь. В Кэмптене есть завод по переработке леса, а ты же знаешь, что в горах осталось еще много леса, да и к тому же еще и отличный ручей, чтоб сплавлять его. По мне, так тоже идея с железной дорогой хороша. Но если она не оправдает себя, то отец не станет связываться. Если отцу идея понравилась, то можно не сомневаться в том, что она хороша, даже если и подал ее Карр.
- Да, наверное, ты прав. - Киф не очень-то был убежден в этом, но почувствовал себя лучше. Теперь он может спросить Райля о Джинкс, он скажет ему правду. Но не успел он задать ему вопрос, как в библиотеку ворвался отец, в руках он держал письмо.
- Где ваша мать? - крикнул он. - Позвоните Пенфилду и скажите, чтобы он нашел вашу мать! Это письмо от Джинкс!
Киф побежал к колокольчику, а Митч надорвал конверт. Глаза его жадно читали написанное.
Внезапно улыбка его потухла, а голубые глаза помрачнели.
- Она беременна, у Джинкс и Эрика будет ребенок. - Он взглянул на Райля.
Райль побелел как полотно и схватился за ручку кресла, чтобы не упасть.
ДЖИНКС
Январь 1887
"Колдунья" поймала хороший свежий ветер, и команде был отдан приказ развернуть дополнительные паруса. Джинкс смотрела, как мужчины карабкаются по веревочным лестницам, и чувствовала, как ветер пронизывает ее насквозь. Ей нравилось глубоко вдыхать бодрящий морской воздух, и она жалела, что хоть ненадолго не может стать мужчиной.
Эрик подошел сзади, и она прислонилась к нему и потерлась щекой о его бороду. Сегодня было довольно прохладно, и прежде чем выйти на палубу, она набросила на себя легкую шаль.
Руки его скользнули ей под платье.
- М-м-м-м. Отличное ощущение, - сказал он, и она почувствовала, как он навалился на ее бедро.
- Ты грязный старик, - засмеялась она. Его пальцы нащупали ее соски и начали нежно массировать их.
Он нежно покусал ей ухо.
- М-м-м. На вкус тоже неплохо. - Его руки двинулись вниз к ее округлившемуся животу.
- Я написал для тебя стихи, - сказал он.
- Стихи? Для меня? - Она накрыла свои руки его руками и взглянула ему в глаза.
С горящими глазами он начал читать:
Я посвятил сии стихи
Девчонке - лучшей из стихий,
Которую я так хотел
Заманить в свою постель.
