Несколько лет назад он владел одиннадцатью заводами, расположенными по побережью от Санта-Круза до Пуже-Саунда, плюс к тому семнадцатью плоскодонными парусными и паровыми шхунами, которые использовались в заливах, подобных миллтаунскому. С появлением железных дорог Митч начал перемещать и модернизировать свои заводы.
Имя Хэрроу больше не украшало все его владения, как это было раньше, с некоторых пор Митч озаботился рекламой своего бизнеса. Его пароходы бороздили океан под именем "Тихоокеанский страж".
Карру так хорошо удавалось строительство новой железнодорожной ветки в Кэмптен, что Митч начал всерьез подумывать о том, чтобы сделать его своим преемником в бизнесе. Он решил, что, когда строительство ветки будет завершено, он вплотную займется Карром.
Мальчик сумел реабилитировать себя. Он заслуживал этого. Митч не стал упоминать о том, что скоро отойдет от дел, но все же сказал как-то Карру:
- Ведь я не лишил тебя наследства, как угрожал, знаешь.
Карр посмотрел на него, желтые глаза его сверкнули.
- Я бы понял вас, если бы вы и вычеркнули меня из своего завещания, сэр, ответил он. Он встретился глазами с отцом. - Но я благодарен вам за то, что вы переменили свое решение.
- Черт, уж я-то знаю, каково это, когда тебе так нравятся женщины, сказал Митч. - Ничего ужасного нет в том, что у молодого парня кровь играет, плохо только, когда он начинает сеять свое семя в слишком большом количестве плодородных полей. Карр усмехнулся:
- Теперь я понимаю это, сэр.
- Да, уж наверное, ты понял. - Митчу нравился Карр, и он начал всерьез подумывать о том, чтоб удалиться от дел. Пора уж дать дорогу молодому поколению.
***
Митч поселился в своем номере в отеле "Палас" и связался по радиотелефону с Уиллоуби, который находился на "Тихоокеанском страже".
- Да, сэр, - сказал Уиллоуби, - у вас отличное расписание. "Тихоокеанская колдунья" причалила сегодня утром. Капитан Магилликутти сейчас здесь. Хотите поговорить с ним, сэр?
- Нет, - ответил Митч. - Только скажите ему, что я через пару часов прибуду на его судно, чтобы просмотреть счета за фрахт.
- Да, сэр, я скажу ему.
Митч повесил трубку, удивившись тому, что ладони его влажны от пота.
За последние месяцы он несколько раз мог увидеться с Джинкс, потому что всегда точно знал, когда прибудет в порт "Колдунья", но он почему-то не хотел встречаться со своей любимой дочерью, беременной от Магилликутти. Но в последнее время, глядя на бледное, изнуренное лицо Джо, Митч понял, что больше не может откладывать встречу с Джинкс. Он должен ее увидеть - неважно, в каком положении она находится, - чтоб иметь возможность рассказать Джо о том, что она действительно замужем, счастлива и что беременность протекает нормально.
Позже Митч надеялся на то, что сможет со смехом вспоминать этот день, но почему-то все же понял, что никогда не сможет этого делать На борту "Колдуньи" он нашел совсем не то, что ожидал. Он думал, что встретится с беременной и непокорной дочерью. Но вместо этого увидел счастливую молодую мать, баюкающую своего ребенка - прекрасное дитя с мягкими золотыми волосами, огромными зелеными глазами и подбородком, в котором нельзя было ошибиться. Митчу даже не пришлось отсчитывать месяцы, чтоб понять, что этот ребенок не Магилликутти. Этому маленькому золотоволосому сверточку было два месяца от роду, и он был точной копией мальчика, которого Митч привез домой жене почти восемнадцать лет назад. Без сомнения, этот ребенок был ребенком Райля Толмэна.
О Боже! Ничего удивительного, что мальчик едва не свихнулся, потеряв Джинкс. Они были любовниками.
- Разве она не красавица, отец? - Лицо Джинкс хранило выражение благоговейного трепета, но совсем не раскаяния и ни капли сожаления.
Неужели она больше не думает о Райле? Неужели отец ребенка ей теперь безразличен?
Вслух он сказал:
- Она красавица.
Подошел Эрик, рука его легко обвила талию Джинкс. Она улыбнулась ему тепло и чувственно. "Так вот оно что, - подумал Митч. - Она любит этого. Она забыла Райля и хочет, чтоб думали, что Магилликутти отец ребенка".
А он - неужели он тоже думал, что ребенок - его? Неужели Джинкс так скоро после приезда в Миллтаун стала спать с ним, что смогла одурачить его? Митч стал лихорадочно сопоставлять даты. Джинкс уехала из дома в середине июля. Эрик привез "Колдунью" в порт в июле и уехал в Миллтаун месяцем позже, вероятно, только через пару недель после того, как Джинкс забеременела.
Так Эрик думал, что ребенок - его? Он тяжело вздохнул. Может быть, Джо знает, что делает. Может быть, и ему следует делать то же самое - просто сидеть и наблюдать за происходящим. Он загнал свою минутную слабость внутрь и улыбнулся Джинкс:
- Как ты назвала ее? Как зовут мою внучку?
- Элисон.
Он кивнул, не в силах отвести глаз от ребенка. Как могут другие смотреть на него и не понимать, что он - Толмэн?
- Садитесь, сэр, - предложил Эрик, подвигая Митчу стул. - Вы хотите прямо сейчас ознакомиться с книгами?
Митч посмотрел на Эрика:
- Нет, - сказал он, - я хотел бы поговорить с дочерью - один на один. Джинкс быстро заговорила:
