— Ле-е-екс, — к стойке внезапно подвалился уже изрядно подвыпивший мужчина в довольно грязной кожаной куртке и такого же цвета штанах. На вид ему было не больше сорока, но, тем не менее, изрядно покрытое растительностью и шрамами лицо добавляли ему парочку лишних лет. Цепкий взгляд бегающих глаз прошёлся по мне, затем по бутылкам, ровным рядком расположившимся в стеллаже позади стойки, а после застыл на лице Скита, — Давай-ка кружечку твоей фирменной настоечки, а то день сегодня какой-то не очень.
Мой товарищ кивнул, затем достал из-под стойки кружку, развернулся, ловким движением взял бутылку, наполненную оранжево-золотым напитком, с полки стеллажа и также ловко, быстро вытащив пробку, залил туда добрую пинту.
— Пятнадцать лон, как и всегда.
— Да какие вопросы, — едва ли не воскликнул мужчина, а затем выудил из куртки несколько монет и протянул их Скиту. Тот взял их, аккуратно провернул между пальцами и убрал в карман жилета, после чего придвинул кружку, — Ай, спасибо, друг! Ну, за твоё здоровье, — он отсалютовал поднятым напитком и, пошатываясь, направился в сторону одного из немногих свободных столиков. Однако затем остановился, резко втянул носом окружающие его запахи и сказал, — И кстати, передай своему парнишке, что мясо у него у него сегодня отменное получилось. Скит в ответ лишь немного повёл бровью.
— Лекс? — немного в недоумении взглянул я на своего товарища.
— Прицепилось маленько, — с улыбкой вздохнул он, — когда здесь только впервые оказался.
— И… поделишься историей?
— Да, там и рассказывать особо нечего. Видел же гобелены церковные? — я кивнул, — Так вот, в мой буквально первый день в этом городке, так уж получилось, один из местных пьянчуг с бодуна спутал со здешним божком ну и заорал на всю улицу, что аж, думаю, весь Оквуд обернулся. Причём заорал так прям… искренне… — Скит набрал воздуха в грудь, а затем приглушённым шёпотом попытался повторить интонацию, — «Лексоро-о-о-он!!!». Вот и привязалось, хотя ржали с этого долго.
— Ясненько… Но, думаю, было бы логичней, если бы тебя спутали с Деймоном… — задумавшись, улыбнулся я.
— Это почему же?
— Вон, у тебя даже своя Адрианна имеется, — Скит в ответ на это лишь хмыкнул, провёл взглядом по залу, наблюдая за лавирующей между столиками Тиной, а затем обратил внимание на разгорающийся спор между теми самыми авантюристами и только отошедшим мужчиной.
К слову о нём, это был местный охотник. Лично я его не знал, лишь пару раз видел в Оквуде. Тем не менее, от Скита я узнал, что в городке он живёт уже очень давно и в прошлом был толи землевладельцем, толи просто принадлежал к, так сказать, дворянской прослойке, однако затем был изгнан куда подальше при помощи вил и факелов, после чего благополучно осел в тихом городишке. Охотником он был весьма неплохим, а вот человеком весьма своеобразным. Нет, он был более чем адекватным, но вот разглядывал мир сквозь довольно странную призму. Впрочем, никто не ударялся в то, каковы его взгляды на окружающие вещи, ибо свою работу он выполнял без нареканий.
Суть его разговора с той троицей я не слишком уловил, ибо она утонула в царящем в таверне гомоне, смехе, разговорах, звоне кружек, однако до меня донеслось то, что завтра они, наняв охотника в качестве проводника, собираются прочесать лес. Причём изначально они о чём-то оживлённо спорили, а затем внезапно о чём-то договорились. И это, честно говоря, совершенно не понравилось Скиту.
Оказалось, иногда он закрывал таверну и в течение дня внимательно проходился по лесу, осматривая близлежащую территорию на предмет различных нежелательных элементов. Это могли быть и залётные из нестабильных земель твари, что, конечно, случалось достаточно редко, но, тем не менее, не исключалось полностью, и остатки недобитых на трактах лесных банд. Что одни, что вторые не слишком-то были достойны пощады, хотя вторых чаще приходилось просто шугать, дабы те сами отправились в лапы «правосудия». Именно завтра Скит планировал устроить такой день. Меня он, кстати, зазвал с собой. На проветривание, так сказать.
***
День совершенно не располагал к себе с самого утра. Приятно-отвратная погода, стоящая на улице, накрывала одеялом из тёмно-серым дождевых туч ближайшие земли. То и дело срывалась раздражающая холодная морось, капли которой неспешно катились по окнам. Лёгкая полутьма из-за отсутствия солнца на небосводе делала и так пустой зал таверны абсолютно безжизненным. И даже подметающий пол Оливер казался настоящим приведением, чей силуэт неспешно витал по помещению.
