Позади девушки было пусто. Я попытался сделать шаг ближе, однако не смог и двинуться места. Сам того не понимая, я стал частью сна Лексы, всего лишь его элементом. Подконтрольной куклой, управляемой могущественным кукловодом, имя которому «Мир грёз».
Это было одно из тех явлений, сущность которого не была доказана ни одним учёным, и которое я всеми силами старался избегать, забираясь в сновидения. О нём практически не было сведений: лишь небольшие выдержки его очевидцев, испытавших… это на себе. Причём все как один, утверждали, что с ними начинал говорить сам мир, будто являющийся живым существом. Что он зазывал их, повелевал ими словно подконтрольными марионетками.
До сегодняшней ночи я понимал, что это возможно, но, скорее, не верил тому, что что-то подобное существует. Как с самым обычным человеком может говорить мир? Бред же, если подумать. Оказалось — нет.
Я пытался вырваться, но безуспешно. Невидимыми цепями я был прикован к одному месту, не в силах сдвинуться. Причём то, что обычно действовало, сейчас работать отказывалось. Я не мог сделать вообще ничего. Если обычно, будь то мой сон или чей-то ещё, я мог что-то изменить, убрать или добавить, повернуть действия вспять или наоборот направить их в нужное русло, но не сейчас. Мне оставалось лишь наблюдать за происходящим.
И вдруг мир вспыхнул.
Языки пламени появились из ниоткуда, опутали своими цепями здания, людей, меня — всех кроме Лексы. И они были реальны. От огня чувствовался жар, а когда пламя подобралось вплотную, боль от ожогов начала пронзать тело.
А Лекса всё также стояла неподвижно, но спокойная маска слетела с её лица и изменилась на чистый страх. Дрожали даже зрачки вечно спокойных глаз. Из горла девушки вырвался… нет, не крик. Шёпот, хрип — да, но не крик. Словно испытывая сонный паралич, она стояла на месте, тянула руку к полыхающим алым огнём наёмникам, но всё было бесполезно.
Я вновь попытался вырваться, но меня будто пронзило ещё одной цепью, а затем я услышал:
— Не стоило тебе заходить так глубоко, — низкий утробный голос прозвучал в голове.
Он врезался в разум десятком острых и холодных игл. Сознание пронзило болью. Кем бы не был обладатель этого голоса, человеком он точно не являлся. Да и простым разумным вряд ли. Его слова звучали на каком-то совершенно ином уровне, словно исходили из самых глубин изначальной бездны.
— Оставь попытки, маг. У тебя здесь нет власти.
Слова звучали предупреждением, однако я ему не внимал, пытаясь выбраться из огня, который подбирался всё ближе к девушке. Наёмники, здания, ребёнок — всё скрылось за смертоносной стеной. Лекса повернула голову в мою сторону, и в её лице я больше не видел испуга: лишь тихую мольбу.
— Не оставляй меня, пожалуйста… — прошептала она сквозь треск пламени.
Этот кошмар был вечным. Он мог закончиться только в одном случае — если живых настигнет смерть. И старуха с косой, что явилась к нам в виде ужасающего огня, была уже близко. Её руки опутали меня, болезненно прожигая одежду. Я буквально чувствовал, как горит моя собственная плоть. Лексы огонь всё ещё не коснулся, но девушка стояла, окружённая кольцом из пламени, медленно подбиравшегося к ней.
Мои попытки не возымели никакого эффекта, и тогда я решился на рискованный шаг. Я окружил себя защитным заклинанием, аналогично сделал с Лексой, вливая в заклинания огромное количество энергии.
Каким-то чудом это сработало: я выбрался. И хоть меня всё ещё терзало пламя, я смог двинуться в сторону Лексы. Нас окружила стена, скрыв друг друга с глаз, но меня это не остановило. Я шёл вперёд, продираясь сквозь преграду, и наконец увидел её.
От бесстрашной авантюристки, которой обычно являлась девушка, не осталось и следа. Она стояла на коленях и тихо молилась, чтобы всё это не было правдой. Все её надежды рухнули, когда стена огня скрыла все образы от её глаз и теперь она могла лишь шептать о помощи.
— Лекса!!! — громко позвал я её в ту же секунду, как только увидел.
— Сол! — прокричала она, подняв наполненные слезами глаза, — Ты жив! — и бросилась ко мне.
— Жив-жив, — не стал противиться я, но затем чуть отстранил её от себя, — Родная, нам надо выбираться, а то мы можем оказаться в центре одного очень большого кошмара. Скажи, ты мне веришь?
— Да, — испуганно кивнула она.
Я приложил руку к её лбу и использовал заклинание. Её тело покрылось множеством рун, озарившихся голубоватым оттенком, глаза закрылись, а сама Лекса выгнулась и застыла в вытянутой позе. Через несколько секунд печати затухли, словно их никогда и не было, а после исчезла и сама девушка, медленно растаяв в воздухе.
Я искренне надеялся на то, что заклинание сработало как надо, что Лекса очнулась ото сна. Что подумала, что всё это являлось обычным дурным сном, и что со спокойной душой вновь погрузилась в царство Морфея.
Оставалось только выбраться отсюда… Не вышло, как бы я не пытался. Обычные техники, даже усиленные энергией, сегодня отказывались работать.
