— Скит… Скит… Хорош, — приподнял я левую руку в примирительном жесте, — Плевать уже. Ты говоришь, у меня получилось? Я к вам без костыля пришёл?
— Ну да… Ты ещё когда спускался, у тебя вокруг железка такими… я не знаю… рунами, что ли была покрыта. Мы ещё с Оливером удивились, узнать хотели, как ты с протезом-то совладал. Раньше-то ведь палка, как палка была…
Я усмехнулся. У меня всё-таки получилось. Труды не просто возымели успех, а окупились в стократном размере. Конечность теперь могла полноценно функционировать, пусть и оставалась лишь холодной железкой.
Я провёл рукой по металлу, оставившему на ладони едва заметный ржавый запах. Затем отложил в сторону тряпку и задумчиво уставился на протез. Скит что-то говорил, однако всего его слова пролетали совершенно мимо меня. Я абсолютно не обращал на него внимания, погрузившись в свои мысли.
— Эй, ты меня вообще слышишь? — трижды он щёлкнул пальцами, привлекая моё внимание.
— Нет, — отмахнулся я, даже не смотря в его сторону, — Я думаю.
— И о чём же? О том, как снова попытаться угробить себя?
— Именно об этом. А ещё о том, как у меня, чёрт возьми, получилось восстановить свою бл**скую ногу.
Плетение по крупицам собиралось воедино внутри моего разума, выстраиваясь в полноценную цепочку из элементов. Я был бы готов применить его хоть сейчас, однако истощение мешало. Сил бы, конечно, мне хватило, однако если бы я переборщил, вероятно, меня бы зашвырнуло в настолько глубокую бездну, после чего шансы возвращения моего сознания в нормальную реальность уменьшились бы многократно.
Однако же взгляд зацепился за стоящую на стойке на половину выпитую бутылочку снадобья, что восстанавливало во мне поток магической энергии и спасало от истощения. Зелье — этакий стимулятор — что позволял возвращать себе нормальные кондиции. В голове тут же возникла мысль о том, чтобы восстановить себе некоторый запас и попробовать воссоздать это заклинание вновь.
И Скит эту мысль понял, проследив за устремившимся в сторону стойки взглядом:
— Только не говори, что ты опять собрался с собой что-то сотворить? — обречённо вздохнул он, направляясь вслед за моим взглядом.
— Не просто сотворить, — сказал я с возникающей на лице улыбкой, — Подай мне вон ту хрень, — кивком указал на снадобье.
— Ты и так им преисполен, — скептично процедил мой товарищ, — Ты вот выпьешь, а затем чё-нить опять не так пойдёт, и что мы делать тогда будем?
— И ты хочешь сказать, что в таверне, где каждый вечер… Ну или почти… останавливаются маги, где сам хозяин является магом и где в буквально пятистах метрах продаётся это снадобье за абсолютный бесценок, есть только одна маленькая бутылочка? Ты кого-нибудь другого бы в этом попытался убедить.
— Мне бы не хотелось, чтоб тебя вновь пришлось откачивать…
— Слушай, я попытаюсь единственный раз. Не выйдет — так не выйдет. Больше пытаться сейчас не буду, — мои слова не слишком действовали на Скита.
— Вот правда: дай ты ему этой бурды и всё, — голос Тины, идущей с кухни в сторону лестницы, заставил нас обоих повернуться в ту сторону, — Если всё будет нормально, то всё хорошо. Если он откинется, то, в целом, тоже неплохо.
Её слова заставили меня на мгновение скривиться, однако, всё же, обращены они были к Скиту и до его разума более чем дошли. Колебался он всего секунду, после чего, мысленно согласившись, забрал со стойки пузырёк и протянул мне.
Стоило ли вновь мучить себя? Определённо стоило. Страдания разума имели свою цену, и она была равноценна тому, чтобы на лице возникла улыбка наслаждения в тот момент, когда протез перестал ощущаться холодной безжизненной металлической палкой, а вместо него мне вновь удалось ощутить полноценно живую конечность.
Скит выглядел одновременно удивлённым, ошеломлённым и восхищённым, одобрительно что-то со стороны лестницы высказала Тина, однако её слова я полностью проигнорировал. Чёрт меня подери, у меня получилось! Пусть я по-прежнему был слеп, пусть у меня отсутствовала часть моего лица, но хоть что-то из своей инвалидности я смог себе компенсировать.
Неделя пролетела практически незаметно. Адаптация к возвращённой чувствительности практически не требовалась, и уже на третий день после создания ауры вокруг протеза я мог полноценно передвигаться и даже понемногу нагружать ногу. И что особенно приятно, несмотря на, пусть и ухудшенное, но вернувшееся восприятие тепла и холода, ветра, воды, я совершенно не чувствовал абсолютно никакой боли.
И я даже начал задумываться о своём возвращении в Катрас, однако, как назло в городе не оказалось ни одного извозчика, который согласился бы доехать даже до ближайшего более-менее крупного поселения, откуда я мог бы отправиться на запад. Ближайший же торговый караван, который мог стать мне попутным, проедет через Оквуд лишь на следующей неделе, поэтому у меня осталось ещё несколько дней до момента, как мне суждено будет покинуть «Синюю лисицу»…
