— Что ж… Хотя мы расходимся по этому, и по некоторым другим правовым вопросам, у нас с вами немало общего в плане философии. Я уже говорил вам, коллега, что мировоззрение вашей школы, хотя и формировалось в совершенно отличных условиях, в некоторых аспектах оказалось феноменально близким к нашему. Книга, которую вы мне как-то преподнесли — «Синий Кодекс» — в этом плане просто восхитительна. Именно по этой причине наше сотрудничество плодотворно и обходится без серьёзных затруднений, и я рад лично способствовать дальнейшему сближению.
Колдун лукаво усмехнулся.
— И я бесконечно ценю как ваше ко мне расположение, так и ваши усилия по созданию и укреплению союза, что установился между нашими мирами, досточтимый маг. Надеюсь, вы поверите, что моё личное стремление сойтись с вами вовсе не праздно и, тем более, далеко от меркантильных желаний. Я не рассказывал вам об этом ранее, но сейчас вижу для этого подходящий повод… Вы знаете, что некоторым душам свойственно мигрировать из мира в мир. Порой душа возносится в более совершенную ойкумену и воплощается там, но бывает, что срывается в пропасть, низводясь в мир жалкий и безысходный. Мне было немногим больше 7 лет от роду, когда дух мой очнулся в Каменных Землях, которые теперь я считаю своей правомерной вотчиной. В юные годы я ещё чётко сознавал, что я не от мира сего. Люди Каменных Земель казались мне странными существами, и ребёнком я часто смотрелся в зеркало, чтобы так привыкнуть к виду других, и пугался собственного отражения. Поначалу я цеплялся за своих отца и мать как за единственную родню, но очень скоро и они стали видится мне совершенно чужими. Воспоминания же о крае моего прежнего счастливого обитания были яркими, хотя и смазанными, и они были окрашены в цвет ностальгии. Я помнил, как хорошо мне там было, я безмерно тосковал по истинно родственным душам, которые там остались, а моя детская душа всё рвалась вернуться, и я клялся себе, что положу свою жизнь, чтобы вновь туда попасть. Теперь, по прошествии веков, я уже не могу вспомнить о том мире ничего, и я давно уже посвятил себя возрождению вверенных мне владений, но прежняя ностальгия осталась. В молодости я ещё искал кого-то, в ком мелькнёт хотя бы искорка родственного духа, и я нашёл целый светоч его. Светочем тем был тот маг, что составил упомянутую вами книгу. А теперь признаюсь вам в сокровенном, досточтимый Бор Хиги: ваш мир так же сияет, как тот светоч, и лишь едва узрев его, я сразу узнал это сияние. Поэтому я так дорожу доверительными отношениями между нами, и мне несказанно отрадно, что наше взаимное схождение сейчас идёт гладкой и прямой дорогой… — Сказав так, Призрачный Рудокоп вздохнул и, расправив плечи, резко выдохнул, и вид у колдуна стал такой, будто он скинул с себя тяжкое бремя. Затем он вновь усмехнулся. — Однако первоначально наши контакты, как вы, разумеется, помните, были извилисты и тернисты, и начались они с череды досадных недоразумений. Прекратить бессмысленное противоборство удалось лишь благодаря вашему влиянию, терпению и мудрости, — напомнил он профессору Хиги.
— Как же, разве можно такое забыть, — охотно подтвердил тот слова колдуна. — Всё же первая посланная мной в Каменные Земли экспедиция провела у вас обширные изыскания и в тот раз обошлось без инцидентов — они благополучно вернулись с интересными данными, даже не столкнувшись с вашей властью.
— Это оттого, что ваши маги не проявляли никакой враждебности, а любопытствующими странниками в моих владениях никого не удивишь, — объяснил колдун.
— А инциденты начались после досадного случая, когда ваши эмиссары сочли нас угрозой и ликвидировали очередную исследовательскую группу.
— Потому что изменились обстоятельства. Состояние дел в той части наших владений временно не располагало к доверию чужакам… Но ваши любопытствующие маги появлялись вновь и вновь. Мы же не знали, что они бессмертны, и мы были в замешательстве.
— И вы обложили войсками и ловушками большой район, чтобы пленить одного из наших исследователей.
— Доподлинно так, блистательный Бор Хиги. Согласитесь, это было логичным нашим шагом. Разве вы бы поступили не точно таким же образом?
— Нет, уважаемый коллега, но я вас не виню. Я понимаю и признаю, что разумный правитель предпринял бы в такой ситуации примерно те же меры, что и вы.
— Мы не знали кроме того и о вашем безграничном могуществе, в том числе о неуязвимых ратниках, которыми повелевают ваши маги, и поэтому мы жестоко просчитались…
— Директор Последствий по моей просьбе усилил следующую экспедицию звеном штурмовиков. Заметьте: они никого не убили.
— С таким могуществом нет надобности убивать, — парировал колдун. — Так мы различаем абсолютную иерархию, в высотах которой власть держится лишь мудростью и волей. Именно потому, проглотив унижение, мы склонились перед вашей мудростью и отдались вашей воле, и не ошиблись, ибо это обернулось благом для нас. Вы щедро делитесь своим могуществом с верными из друзей, в число которых мы теперь любезно вами включены.