Демоны не подходящее для них название, равно как и химеры, это действительно нездешние существа, при этом обладающие простым, но беспощадным разумом и убийственной техникой. Манеры и повадки их это глумливый вызов реальности. Сложением эти существа невеликие и довольно слабые, а торчащий из их тела раструб смертоносен всего лишь на расстоянии полстадии. Но существ этих так много и они столь упорны! Так кто же они, эти создания? Пришельцы с другой планеты, из другой звёздной системы? Захватчики? А Смутный Купол это что-то вроде их базы? Карап утверждал, что они обитали в Смутном Куполе, а оттуда должны были высадиться на ослабленной войной планете. Но некие могущественные силы перенесли их с настоящей Геи на эту, странную и пустую. Признаюсь откровенно, мне легче так думать — что они, эти существа, прилетели на огромном космическом корабле, или даже целым флотом, спрятались где-то неподалёку от нас, укрывшись за Аресом или Геспером, и с помощью своей техники начали строить вокруг Геи (напылять на её орбиту?) это странное сооружение. Образ такой слишком прост, да и далёк от здравого смысла, потому что разумные существа, овладевшие техникой столь дальних путешествий, не могут быть настолько мелочны духовно и исходить бессмысленной и разрушительной злобой. Разве что их техника вышла из-под контроля и то, во что мы теперь попали — это результат какой-то аварии или катастрофы. Не на неё ли намекал карап, когда говорил мне про «оплошность или иной недосмотр» неких «могущественных магов»?.. И всё же образ инопланетных завоевателей хотя бы немного просветляет тьму суеверного страха, за который мне стыдно, но который я смог притупить лишь таинственным наркотиком из колдовского пузырька…
Признаюсь, что это карапское снадобье быстро привело меня в чувство. Голова моя сразу прояснилась, боль от ран ушла, отпустил колотивший меня мышечный спазм, а в верху живота и в груди я ощутил прилив умиротворяющего тепла. И хотя волны страха периодически подкатывают откуда-то изнутри, заставляя меня стиснуть зубы, я теперь вновь в силах управлять собой. Я достал из кармашка истерзанного жилета чудом уцелевший фонарик и привязал его шейным платком к защитному бортику верхней койки. Корпус у фонарика герметичный, а радиоизотопная батарейка позволит крохотной лампочке светить долго — даже когда «Киклоп-4» будет лежать на дне океана, лампочка ещё несколько недель будет испускать уже никому не нужный свет. В её свете я теперь и делаю свои записи, и хотя почерк мой из-за ранения оставляет желать лучшего, я надеюсь, что кому-то удастся его разобрать. Постараюсь описать всё по порядку, хотя это и сложно, потому что события, начавшиеся с чёткого исполнения почти безупречного плана, в итоге утянули всех нас в смертельный водоворот роковой судьбы.
Накануне ночью нам с Ибильзой не спалось. К полуночи шторм утих, дождь прекратился и мы вышли на верхнюю палубу подышать вольным воздухом и успокоить свой дух. Небо над нами расчистилось, а на море установился штиль, по всему было видно, что мы попали под око шторма. В «икорной» бухте, которую мы успели полюбить как уютное пристанище и место отдыха, вода превратилась в ровное зеркало, в нём отражались полная Селена и звёзды, а тишина стояла такая, что закладывало уши. Даже птицы затихли и рыба не плескалась, лишь изредка с берега доносились хруст треснувшей под ногой ветки и голоса людей — там всё ещё шла работа. Я пытался уловить шум прибоя — ведь море так просто не успокаивается и до острова должны доходить хотя и пологие, но всё же достаточно высокие волны, но добился лишь того, что в ушах ещё сильнее зазвенело.