Я расчесалась — мои распущенные перед купанием волосы расчесались удивительно легко! — и потом долго стояла перед зеркальными стенами (ещё одно приятное удобство!), наслаждаясь свежестью. На Гее, живя ещё с родителями и братиком, я не придавала таким вещам слишком уж большого значения, следила за собой, как все. А вот в палаистре меня и других учениц воспитывали, словно жриц любви. Карапские девушки, которые со мной учились — высокие и угловатые, но необыкновенно добрые — готовились к тому, чтобы принимать мудрецов извне, посещающих Симбхалу с самыми разными духовными и познавательными целями. Меня же ожидала иная судьба. Наверное, поэтому наиболее тщательный уход за моим телом был перед отправлением в этот мир. При том, что я получала много мелких травм и сильно уставала во время физических упражнений, мне не позволялось иметь никаких сломанных ногтей, никаких волос на теле, кроме тех, что составляют причёску на голове, даже естественный запах тела нужно было не просто оттенять благовониями, а полностью удалять частым мытьём кожи и специальными растираниями. Особенно сложно было следить за бровями — они должны составлять определённую тонкую линию и даже за один выросший за их пределами и найденный придирчивой наставницей волосок меня строго отчитывали. Наверное, строже меня предупреждали только насчёт воровства. А я в жизни не украла ни рисинки, я даже вора видела только один раз на фотографии в ежедневной газете, и до сих пор мне неприятно вспоминать тот снимок! Волоски же на теле легко удалялись специальной мазью, и после этого уже почти не росли, но тем труднее было уследить за теми немногими, что всё же прорастали. Я приобрела привычку при каждом удобном случае доставать зеркальце и изучать свои брови в поисках отросших или пропущенных волосков. Но лишь теперь, когда прибыла сюда, я полностью осознала важность тщательного и скрупулёзного ухода за своей внешностью. Я даже при таком тщательном уходе выгляжу неряшливым, неумытым, заросшим дикарём в сравнении с хозяевами Светлых Чертогов. И дело вовсе не в том, что хозяева Светлых Чертогов брезгливы или у них особо острое обоняние. Дело в уровне гигиенической культуры. Просто удивительно, сколько в эорианах доброты и великодушия, что они всё равно воспринимают меня без тени неприязни, без намёка на высокомерие, и даже с явной симпатией. Хотя, признаюсь, стоящая между нами непреодолимая для меня стена видится мне хотя и кристально прозрачной, но ещё более непреодолимой.
Мой высокочтимый наставник Рамбун в основном сам искусно следит за собой, особенно за безупречным видом своих бороды и шляпы, хотя в Самбхале при нём трудятся несколько усердных служителей. Мужчинам хотя бы не приходится выщипывать брови…
После купания, расчесавшись, я заплела косы с новыми золотыми лентами, которые были в моём скромном багаже специально для такого случая. Затем я отправилась в спальню и неспешно облачилась там в местные одежды. Точнее, это один цельный костюм, надевается он разом и, как и всё здесь происходит, не очень понятно, как: ты просто берёшь его в руки и прикладываешь к себе, а он словно мгновенно наползает на твоё тело. Примерно так же он и снимается: пожелав раздеться, начинаешь стягивать его с себя за любое место, и тогда он сразу оказывается у тебя в руках. Я проделала этот чудесный фокус несколько раз, но так и осталась в неведении о его механизме. Прилагаемые к костюму сапожки можно снять и вновь надеть отдельно, хотя снимать их не хочется — так они удобны! Эорианский наряд, надо сказать, выглядит довольно просто: он обычного для Чертогов белого цвета, и цвет этот спокойный, он не слепит глаз. Ткань на ощупь шелковистая, довольно плотная и немного тянется, а лежит на теле так, что совершенно не стесняет движений. Одежда не имеет швов, во всяком случае, мне не удалось их обнаружить. Самое необычное в эорианском платье, пожалуй, то, что его фасон и элементы можно изменять по желанию. Так, я пожелала пояс с кармашками для своих мелких вещей, и пояс появился — элегантный и удобный, и как раз такой, что всё прекрасно в него поместилось. И цвет ткани тоже можно менять, но ещё на галерее я заметила, что большинство гостей в зале одеты именно в белое, и я проявила должную скромность, хотя люблю наряжаться в красное и голубое. Вообще, ко всему в этих Чертогах — и к переходам, и к купанию, и к одеванию, и к остальному — сразу же начинаешь относиться так, как будто ты так всегда и жила, всё здесь даётся с лёгкостью, здесь постоянно чувствуешь себя ловкой, словно бы сами Светлые Чертоги созданы неким духом благожелательности из субстанции уюта.