Генрих особо не досаждал ни своему сыну, ни Адриане. Он запирался в каюте со своей новой любовницей или пил до самого рассвета с капитаном корабля. Когда они высадились на суше, Адриана заняла место в экипаже рядом с любовницей короля. Эта экстравагантная немолодая женщина была весьма хороша собой: у неё были выразительные голубые глаза, рыжие длинные волосы, пышная грудь и полные губы. Она была весела и всю дорогу болтала с Адрианой о французском дворе, о котором ей хотелось узнать от неё как можно больше. Дочери посла пришлась по душе такая компания, так как поездка в экипаже выдалась довольно-таки утомительной: во Франции весна резко сменилась летом, и они прямо-таки поджаривались на костре, словно ведьмы, хоть и сидели в транспорте. Чарльз постоянно сопровождал их, то и дело поглядывал на Адриану, заботливо интересовался об их самочувствии, хотя, судя по всему, его волновала лишь она одна. Дочери посла была приятная такая забота, так как за всю её жизнь никто о ней особо не пёкся. И Чарльз был единственным, кто оказывал ей всякую поддержку и помощь, даже если она к нему не обращалась. Но, как сам Чарльз иногда ей говорил: «Мужчина для того и создан, чтобы помогать женщине, даже если она об этом не попросит». И это его отношение к ней вызывало в ней такую бурю эмоций и тёплых чувств, что она готова была поклясться, что ничего подобного прежде не ощущала. Этот человек занимал какое-то особое место в её сердце. Она, в самом деле, любила его: как брата, как друга, как человека. Нельзя сказать, что в этой любви было что-то вульгарное или непристойное. Скорее наоборот, она считала, что ни за что на свете не станет портить их отношения и дружбу сексом. Та связь, которая установилась между ними, была для неё дороже всех низменных желаний. И ради этой дружбы ей хотелось жить.
Уже к середине мая они добрались до окрестностей Парижа. Адриана помнила, как всего несколько лет назад впервые прибыла в этот город. Столица Франции не только не впечатлила её, но и подарила некое разочарование. Будучи девушкой амбициозной, уже в юном возрасте она мечтала, что выйдет замуж за младшего французского принца и станет принцессой французской. Но даже ей, маленькой девочке из небольшого городка, было ясно, что принц королевской крови не наделён ни одним выдающимся талантом, ни даже обаянием, чтобы суметь завоевать её сердце. Так что ей пришлось оставить все свои мечты в прошлом и начать думать о том, как бы уехать на родину: в её любимую Англию. Но даже тогда Адриана не могла и мечтать, что её пригласят к английскому двору, она станет одной из фрейлин королевы и будет вовлечена в водоворот придворных интриг и даже тайн. Сейчас она въезжала в этот город с совершенно другими мечтами, планами. Та наивная девушка, часто озвучивающая то, что вертелось у неё на языке и мечтающая о том, чтобы стать принцессой, осталась в прошлом. Сейчас она была мудрой не по годам женщиной, которая знала, когда следует молчать, а когда правду лучше высказать вслух. Она училась на собственных и чужих ошибках, и схватывала на лету всё, то, что могло ей пригодиться в будущем. Поэтому сейчас она предпочитала играть одну из отведённых ей ролей и снять маску, когда придёт время.
К Лувру они ехали очень долго: люди вышли на улицу и приветствовали гостей с надлежащим шиком и блеском, характерным для французов. Адриане нравилась эта праздность, вот только она знала, чего это стоило остальным городам страны: в то время как Париж процветал, другие части королевства обнищали и погрязли в нищете за счёт высоких налогов. Конечно, столица – была лицом государства, но ведь голова не может функционировать без других частей тела.
Король Яков лично встретил своего друга короля и остальных гостей вместе со своей женой, двумя дочерями и тремя сыновьями. Многие знали и помнили Адриану, так как она публично высмеяла младшего принца, но сегодня все пребывали в такой эйфории, что предпочли забыть прошлые обиды и сделали вид, будто ничего страшного не происходило. Франсуа, тот глупый принц, заметно повзрослел с годами: он стал сильнее походить на мать – полноватую розовощёкую женщину, которая, для своих неполных сорока лет, была очень бодрой и подвижной. Увидев его, дочь английского посла подумала о том, что, должно быть, не всегда судьба была к ней строга, поэтому поблагодарила кого-то свыше за то, что её «отвели» от участи стать женой этого толстячка. Но даже Франсуа был весьма учтив и обходителен с Адрианой, как если бы не она называла его «пустоголовым олухом» ещё не так давно.
В этот раз девушке предстояло встретиться с очередным претендентом на роль её супруга: тридцатиоднолетним графом – кузеном дяди короля, служащим у него капитаном стражников. Этот высокий худощавый мужчина с гладковыбритым лицом, тёмными, почти чёрными глазами, высокими скулами, острым лбом и седыми волосами, производил приятное впечатление. И даже Адриана, особо не строящая никаких планов и не питающая особых надежд на этого суженого, заинтересовалась этим человеком.
