Он не отвечает, и я медленно открываю глаза – не видно ничего, кроме непроглядной тьмы и парящей надо мной тени Бишопа. Его рот прижимается к моему, и я приоткрываю губы, широко разводя ноги. Он устраивается между ними, его обнаженная кожа касается моего тела. Его член медленно погружается внутрь меня. Я чувствую его прерывистое, тяжелое дыхание, когда он медленно выходит, а затем делает новый толчок. Мои руки обхватывают его затылок. Коснувшись языком краешка моих губ, он опускается вниз по моей шее и ласкает мои ключицы, не прекращая свои медленные толчки. Капли пота стекают с его лба и падают мне на лицо, смешиваясь с моим собственным. Его рука обвивает мою шею. Наша связь достигла нового уровня – невозможно быть к человеку ближе, чем были мы сейчас. Бишоп полностью заполнил и поглотил мое тело и душу. Он медленно двигается внутри меня, не говоря ни слова. Его губы прижаты к моим, целуя меня, поедая меня, наслаждаясь мной. Его возбуждение нарастает, а поцелуи становятся все более медленными, чувственными и нежными. Он входит в меня медленно, но невероятно глубоко. Перед моими глазами мелькают вспышки, вызванные удовольствием. Мое тело горит, а киска сжимается. Он занимается со мной любовью, и я мечтаю только о том, чтобы это никогда не заканчивалось. Наши тела сливаются в одно целое, являя собой идеальную гармонию сексуального совершенства. Он не отрывается от моих губ, продолжая нежно ласкать меня языком. По моему телу бегут мурашки, каждое ощущение отзывается в моих мышцах с небывалой яркостью, пока я наконец не взрываюсь в оргазме, проваливаясь в него так, словно к моей лодыжке привязан якорь. Бишоп стонет, пульсируя внутри моего возбужденного лона. Его потное тело тяжело опускается на меня, он притягивает меня к себе и целует в лоб.
– Спи.
Мои ладони становятся мокрыми, а температура тела, кажется, поднимается до неадекватного уровня.
– Извини, – отвечаю я, встретившись с ним взглядом.
Я одариваю его легкой дразнящей улыбкой, прежде чем откашляться и вернуться к более насущным вопросам. Например, к Нейту и Тат, которые уже начали спорить.
– Ребята, – огрызаюсь я на них. – Пожалуйста, заткнитесь. Я не хочу слушать ваше дерьмо во время двухчасового перелета.
– Согласен, – бормочет Кэш, вставая на ноги и затягиваясь сигаретой.
– Ага, и тебе стоит курить снаружи.
Я чувствую, как сидящий рядом Бишоп слегка потрясывается, и поворачиваю голову, чтобы на него посмотреть. Он закрывается рукой, пряча смех.
– Почему ты смеешься?
Бишоп кашляет, качает головой и прочищает горло.
– Ничего такого, детка. Просто ты сегодня немного не в настроении.
Я замолкаю, прокручивая в голове произошедшее.
– Ой! – меня захлестывает волна вины, и я краснею. – Простите.
– Она либо голодна, либо не выспалась. – Нейт указывает на меня блинчиком.
Я смотрю на блин в его руке, а затем на него самого.
– Знаешь, Нейт, – бурчу я, вставая на ноги. – Я отлично выспалась и достаточно поела этим утром.
– Малышка, тут ты никого не обманешь. Мы все слышали твои стоны сквозь эти чертовы стены.
Я закатываю глаза и направляюсь к входной двери. Глупые мальчишки.
