Безмолвный король полностью

– Поехали, крошка! Я готова.

– Тат! – ругаю я ее, пока она невозмутимо проходит мимо меня и направляется к «Мазерати» вместо «Ауди» Нейта. – Эй, почему бы тебе не поехать с Нейтом, чтобы вы оба могли заранее наговориться и помолчать во время перелета! – кричу я, когда она бросает свою сумку в багажник машины Бишопа.

– Черта с два! Если я это сделаю, ты можешь лишиться брата.

Боже. Нейт подходит ко мне, жуя яблоко.

– Что ты сделал?

Я не смотрю на него, сфокусировавшись на Татум.

– Что я сделал? – спрашивает он, повернувшись ко мне.

Наконец я поворачиваюсь к нему, пока он продолжает хрустеть яблоком.

– Я просто был с ней честен. Не моя вина, что она не может с этим справиться.

– Но ты был добр? – я изгибаю бровь.

Он рассеянно смотрит мне за спину.

– Я всегда добрый.

– Нейт! – я бью его по плечу.

– Ау! – Он потирает ушибленное место. – Не очень приятно, сестренка.

– Ты заслужил.

Он закатывает глаза и спускается по ступенькам.

– Я с первого дня сказал ей, что не собираюсь вступать в отношения. Это она не выдержала.

Почему-то мне кажется, что он чего-то не договаривает, – если это действительно так, я буду очень разочарована. Я думала, что мы уже прошли эту стадию. Я спускаюсь с крыльца и усаживаюсь на переднее сиденье, закрыв за собой дверь. Бишоп все еще разговаривает с Сэйнтом и Чейзом, поэтому я поворачиваюсь к сидящей сзади Татум, которая рассеянно смотрит в окно.

– Что происходит? И не лги мне, Тат.

Она вздыхает.

– Он подпускает меня к себе, дарит мне чувства и невероятный секс и говорит мне все, что я хочу услышать, а затем, после того как все заканчивается, он снова тыкает меня носом в то, что я всего лишь небольшое развлечение и у нас ничего не получится.

– Поздравляю, это называется – секс с мужчиной.

Она смеется над моими словами, и ее смех греет мне сердце. Затем она поднимает на меня глаза.

– Я серьезно, Мэди. Это постоянно выносит мне мозг, а я продолжаю вести себя как идиотка и возвращаюсь к нему снова и снова. Я превратилась в одну из тех девушек, над которыми смеялась.

– Ну да, ты была идиоткой, когда высмеивала этих девушек, но, Тат, дай себе передышку. Конечно, Нейт…

– Горячий, опасный, сексуальный и с ног до головы покрыт татуировками, пирсингом и мышцами? – заканчивает она за меня.

– Да, и это тоже, но я собиралась сказать, что ты девушка, Тат. Мы все через это проходим. Ты не одинока. Мой совет – держись от него подальше, пока не научишься справляться со своими чувствами. Ты слишком упрощаешь ему задачу, и каждый раз, когда это происходит, ты все глубже и глубже тонешь в своих чувствах. Это пагубно и бессмысленно.

– Потому что он любит Тилли. – Она мрачнеет и снова поворачивается к окну. – Знаешь, – ее тон становится сердитым. Надеюсь, Бишоп подождет, пока я ее успокою, прежде чем сесть в машину. – Я ни хрена не понимаю! Ее даже здесь нет. Она сбежала и бросила нас всех! Он спал с ней всего один раз! Их даже не связывают общие воспоминания – в отличие от нас.

Я прикусываю язык, чтобы не сболтнуть лишнего.

– Тат, все это не имеет значения, когда речь идет о том самом человеке, и я знаю, что тебе тяжело это слышать, но ты поймешь, когда сама встретишь того самого. У тебя может быть миллион хороших воспоминаний с кем-то еще, но если этот кто-то любит другого человека, то это ничего не значит по сравнению с одним-единственным воспоминанием о том, которого он по-настоящему любит. – Я поворачиваюсь вперед, чувствуя, что у меня сводит шею. – Я люблю тебя, ты это знаешь, и я действительно думаю, что у Нейта есть к тебе чувства. Но я видела его с Тилли, детка, и я говорю это не для того, чтобы причинить тебе боль. Я говорю это для того, чтобы ты была готова к тому дню, когда она может вернуться, понимаешь?

Я смотрю в боковое зеркало и вижу, как она смахивает со щеки слезинку, думая, что я ее не вижу.

Она откашливается.

– Да, ты права. Я больше в это не сунусь. Надеюсь, она вернется в целости и сохранности. Я начинаю волноваться.

Что-то в ее тоне подсказывает, что на этот раз она серьезно настроена с ним порвать.

– Я тоже.

– У нас есть что-нибудь на перекус? – спрашивает Татум, пристегиваясь ремнем безопасности напротив нас с Бишопом.

Теперь она сидит рядом с Кэшем, а Нейт устроился в самом конце самолета – один. Там ему и место. Я не могу на него злиться. Он с самого начала был с ней честен, но, если выяснится, что он в чем-то ее обманывал, его ждут серьезные проблемы. Придурок.

– Зачем тебе перекус? Мы только что позавтракали. Мы же не в Европу летим.

– Да, наверное, – бормочет она так тихо, что я едва ее слышу. – Ой! – Она наклоняется ко мне. – Мы должны полететь в Европу на твой день рождения, Мэди! Боже мой!

Я качаю головой, одаривая ее взглядом, в котором ясно читается: «Заткнись, черт возьми».

Она отвечает мне не менее недовольным взглядом.

– Ну и пожалуйста. Надеюсь, он уже в курсе, что твой чертов день рождения через пару недель. Капец.

– Это твое новое любимое слово? – вежливо спрашиваю я, как только она возвращается на свое место.

– Видимо, да. А если серьезно, мы должны как следует оторваться в Греции.