– Простите за внезапное вторжение, думаю, не рассердитесь.
– Садитесь, пожалуйста, и разрешите предложить вам стакан хереса.
– Благодарю, мистер Пуаро, я ужасно волнуюсь, беспокоюсь о своей жене.
– Извините, а в чем дело?
– Вы сегодня ее, наверное, видели?
– Нет, видел ее вместе с вами в отеле вчера.
– А я-то думал, что жена заходила к вам. Пуаро, не торопясь, наливал вино в стакан.
– А разве была причина для такого посещения?
– Нет, особой причины не существует, но, говоря откровенно, меня очень волнует состояние здоровья жены.
– Она больна?
– Боюсь, мистер Пуаро, нет ли какого нервного потрясения. Неврастения нарастает. За последние два месяца отношение ко мне резко изменилось. Она легко возбуждается, постоянно чего-то боится, какие-то бредовые идеи..
– В самом деле?
– Мне кажется, она страдает манией преследования – какое-то пограничное состояние. Понимаете мое волнение?
– Естественно. Только неясно: почему вы пришли сюда? Чем я могу помочь?
Доктор казался несколько смущенным:
– Видите ли, мне пришла в голову мысль, что жена была у вас с необычным сообщением. Она убеждена, что должна опасаться меня.
– Но все-таки почему же ко мне?
– Вы великолепный детектив, мистер Пуаро. Вы можете сильно повлиять на ее теперешнее состояние Я в таком отчаянии! Да, я обожаю жену. Ценю, что она имела мужество выйти замуж за человека другой крови, уехать в далекую страну, оставить друзей и родственников. За последние несколько дней я просто обезумел от горя. Вижу только одну возможность…
– Какую же?
– Хороший отдых, полное спокойствие и соответствующее лечение. Совершенно убежден, что, побыв месяц в санатории, она выздоровеет.
– Понятно… – проговорил Пуаро без всякого выражения.
Таниос продолжал:
– Поэтому прошу, если жена придет к вам, известите тотчас.
– Безусловно, сейчас же позвоню. Вы все еще в отеле «Дурчем»?
– Да, теперь как раз я возвращаюсь туда. Жена ушла сразу после завтрака, не сказав куда.
– А дети?
– Взяла их с собой.
– Ясно.
Таниос собрался уходить.
– Благодарю вас, мистер Пуаро. Очень неприятно говорить, но, если жена преподнесет вам невероятную историю о запугивании или преследовании, не обращайте внимания, так как это – следствие болезни.
– Глубоко сочувствую, – произнес Пуаро без всякой симпатии.
– Особенно тяжело, когда близкий человек, из-за болезни вдруг проявляет враждебность.
– Между прочим, – голос сыщика вернул доктора, когда тот был уже у двери, – вы когда-либо прописывали снотворное своей жене?
Таниос вздрогнул от неожиданности.
– Я? Нет, по крайней мере, в последнее время нет. А раньше, возможно, хлорал как снотворное, так как она не переносила другого.
– Не смею задерживать больше, доктор Таниос. Тем более что жена, возможно, ждет вас в отеле.
– Надеюсь, что так, надеюсь…
Гость бросился из комнаты, а Пуаро быстро направился к телефону, чтобы узнать, находится ли миссис Таниос в отеле. Оказалось, что она уехала утром, потом около одиннадцати вернулась, забрала вещи и отправилась в неизвестном направлении. Где искать миссис Таниос, Пуаро не знал, только очень взволновался. Было решено немедленно направиться к Терезе Арунделл…
Когда мы вошли, Тереза собиралась уходить из дому. Выглядела она просто прелестно.
– Могу ли задержать вас, мисс, на одну – две минуты или вы очень торопитесь? – Пуаро был изысканно любезен.
Тереза рассмеялась:
– О, ничего, все равно постоянно куда-то опаздываю. Так что охотно задержусь.
Она повела Пуаро в гостиную, где, к моему удивлению, оказался доктор Дональдсон.
– Вы уже встречались с мистером Пуаро, Рекс, не так ли?
– Да, в Маркет Бейсинге, – ответил Дональдсон. Он казался совершенно спокойным. Сидя в кресле у окна, небрежно листал книгу. Тереза устроилась на своем любимом низком стульчике и глянула нетерпеливо на Пуаро:
– Ну, вы разговаривали с мистером Пурвисом? О чем?
– Поговорим об этом позднее, когда мои планы станут более ясными, – ответил детектив. – В Маркет Бейсинге нам удалось поговорить с мисс Лоусон. Скажите, мисс, что вы искали ночью на лестнице, когда были у тетушки на Пасху?
– Помилуйте, Пуаро, что за странный вопрос?
– Все очень просто! Кто-то вбил гвоздь на верху лестницы, затем замазал его коричневым лаком в цвет пола.
– И для чего это? – недоуменно спросила Тереза.
– Насколько я себе представляю, за этот гвоздь был привязан тонкий шнур, который с другой стороны был прикреплен к балюстраде лестницы, чтобы мисс Арунделл, выйдя из комнаты, зацепилась и упала вниз.
Девушка возразила:
– Но причиной падения был мяч Боба!
– Простите, нет.
Наступило молчание, которое прервал Дональдсон. Он говорил спокойно и рассудительно:
– Какие у вас есть доказательства, чтобы утверждать это?
– Гвоздь на лестнице, письмо мисс Арунделл и показания компаньонки Лоусон.
– Мисс говорит, что это сделала я? Это Ложь! Я никогда не делала ничего подобного!
– Но вы стояли ночью на коленях на лестнице?
– Еще раз повторяю, что не было этого, я не выходила из комнаты после того, как легла.
– Мисс Лоусон узнала вас.
– Эта обманщица видела, наверное, Бэллу Таниос или кого-то из горничных!
