Главным его противником выступала суккуба Кара, известная в Облачном городе как Принцесса ночи, влиятельная и очень красивая куртизанка, хозяйка самого престижного борделя в городе. Даже Риг дэ Вэга не знал точно, сколько у неё влиятельных поклонников. Каре не нравился план Эстарха, но она не посмела ни словом, ни жестом высказать свое недовольство, а вместо этого активно стала помогать Каеву из клана Лард касты огня, корусу отряда специального назначения, подчиненного Эстарху.
Каев готовил склады с оружием, закладывал взрывчатку в нужные места и составлял план восстания. Кара собирала для него информацию, налаживала связи с лидерами профсоюзов и пыталась мешать Ригу дэ Вэге.
Каев, Кара, Риг дэ Вэга и Эстарх плели тонкое и изящное кружево интриг, они играли по неписанным правилам тайной войны спецслужб и разведок. Но пока они составляли планы и пытались их воплотить в жизнь, рядом зрела сила, ни по каким правилам играть не собирающаяся. И как это часто бывает в истории, именно эта сила и собиралась вершить историю, а хитроумным интриганам оставалось лишь гнаться за ней.
— Как же меня задрали эти траханные крысы, — грузный мужчина в коричневом пиджаке и с котелком на голове презрительно выплюнул комок жевательного табака. — Пошли! Я не собираюсь весь день с ними возиться.
Очередная забастовка вспыхнула по пустячному поводу. Рабочие верфи отказались работать, из-за того, что подняли цены в рабочей столовой и одновременно сократили обед до двадцати минут. Профсоюз не собирался затягивать забастовку надолго и не выдвигал жестких требований, однако хозяева верфи все равно наняли «Сыскное агентство Тодварда» чтобы разобраться с рабочими.
Наемники уже по отработанной схеме вламывались в жалкие квартиры рабочих, вышибая ногами хлипкие двери. Рабочие по привычке падали на пол, закрывая голову руками. Их жены и дети возмущенно вопили, но тоже, скорее по привычке. Наемники особо не зверствовали, просто пару раз для проформы били рабочих, да толкали женщин, чтобы те не кричали. Детей и вовсе почти не трогали.
— Эд Коненгтон, — предводитель наемников подошел к одному из лидеров профсоюза и опять сплюнул, попав Коненгтону на штанину. — Вы, похоже, никак не можете усвоить простой урок?
— Ну что вы, Мистер Друг, — миролюбиво ответил Эд Коненгтон, разводя руки в стороны. — Я тут не причем, бастуют рабочие гильдии «Рингехот», а я работаю на компанию «Судостроительные верфи Гаррисона». Я даже живу в другом квартале.
— Ты мне зубы не заговаривай, крыса!
Мистер Друг ударил дубинкой Коненгтона под ребра. От боли тот согнулся и застонал сквозь зубы.
— Проваливай отсюда, пока не добавили, — бросил Мистер Друг, отворачиваясь от него. — Заканчивайте быстрее! Нечего с ними возиться!
— Умри убийца!!!
От неожиданности все замерли. На Мистера Друга с ножом в руках бросился чумазый пацан в оборванной одежде. Он кричал, подбадривая сам себя и бежал на предводителя наемников. Несколько рабочих попытались его перехватить, но пацан ловко увернулся от них и кинулся на Мистера Друга, неумело замахиваясь ножом…
— Вот же крысюк, — Мистер Друг со скукой на лице перехватил за запястье пацана, а другой рукой сжал его горло и легко поднял в воздух. — И откуда ты только взялся?
— Я убью тебя!!! — отчаянно завопил пацаненок, мотая ногами в воздухе, пытаясь попасть по наемнику.
— Убьешь? — усмехнулся Мистер Друг. — Ну, попробуй.
Он вырвал нож и отбросил пацаненка в сторону.
— Эй, Гарри, подержи мой пиджак. Только не запачкай его!
Мистер Друг снял с себя пиджак, отдал его Гарри и бросил нож под ноги пацану. Тот сразу схватил его и вскочил на ноги.
— Ну, давай! — усмехаясь, крикнул Мистер Друг. — Если ты так хочешь меня убить, то вот он я! Прямо перед тобой! Один и без помощников.
— Господин! Простите его! Он же еще малец совсем! — крикнула какая-то женщина.
— Я разве его трогаю? — с видом оскорбленной невинности спросил Мистер Друг. — Я его отпустил и даже не стукнул. Пусть идет! Я разве его держу? Но он, кажется, хочет что-то сделать? Я прав?
— Лесли, иди домой! — крикнул Эд Коненгтон. — Ты не справишься с ним!
— Лесли! Он же провоцирует тебя!
— Иди домой Лесли!
Лесли рукавом вытер слезы и сопли, но лишь еще больше размазал грязь по лицу. Убийца его отца стоял прямо перед ним, с голыми руками в белой рубашке и коричневых штанах с подтяжками. Стоял и нагло усмехался. В его глазах легко читалось искреннее презрение.
— Пшел вон и никогда не попадайся мне на глаза! Убить он меня собрался…
— ААААА!!!
— Лесли, нет!
На этот раз Мистер Друг не стал уклоняться. Он позволил Лесли подбежать к себе, подставил руку под нож, получил легкую царапину и только потом схватил пацана.
— Вы все видели! Он сам на меня напал! Это самооборона!
С этими словами он без малейшего усилия перекинул Лесли через ограждение. Пацаненок не успел даже испугаться, только увидел, как перед глазами промелькнули мостки и пешеходные платформы с остолбеневшими людьми на них, и упал с высоты пятнадцати метров…
— Вонючий крысюк… хорошую рубашку порезал.
