Только не сейчас, когда солнце палит вовсю, когда мы вдвоем, как Адам и Ева, одни в этом маленьком раю, нашем уединенном Эдеме.
– Ты должна остановить меня, – бормочет Джейк, не отрывая взгляда от моих губ.
– Да, должна, – соглашаюсь я, и он поднимает на меня глаза. Они почти такие же голубые, как воды океана и как небо над головой.
– Остановишь?
В ответ я подаюсь вперед, сокращая расстояние между нами.
Его губы сухие, но мягкие, а когда его рука запутывается в моих волосах, я чувствую, как меня пронзает волна вожделения, настолько сильная, что мой рот открывается еще шире. Его язык прижимается к моему, а его пальцы тянут за волосы. Моя ладонь ложится на его влажную обнаженную грудь.
Сейчас это не кажется ошибкой. Думаю, что это может привести еще к одному приключению, которое касается только меня. Впервые за несколько месяцев я делаю то, что хочу, а не то, что хочет Нико.
Кроме того, Нико, по-видимому, нравится Амма, так что пошел он к черту.
Я заслуживаю этого.
С Джейком все иначе.
Разум отказывается принять, что с Джейком мне хорошо, потому что даже сейчас, даже после случившегося, я чувствую себя предательницей. И ненавижу себя за то, что Нико до сих пор занимает так много места в моем сердце, из-за чего я чувствую себя виноватой.
Но Нико – единственный парень, с которым я встречалась так долго, поэтому я не могу не сравнивать их.
Прикосновения Джейка более твердые, более уверенные. Он разговаривает со мной, спрашивая, чего я хочу, нравится ли мне, может ли он сделать то или это. И я отвечаю «да» так часто, что это слово превращается в напев – «да-да-да», – пока меня не начинает трясти, а мои пальцы не вплетаются в его волосы, влажные от пота на затылке. Нет ни Нико, ни Элизы, никого, кроме нас двоих на этом тенистом песчаном участке, с Тихим океаном за спиной и кокосовыми пальмами над головой.
Потом мы лежим бок о бок, глядя на солнечный свет, пробивающийся сквозь ветви.
– Будто я снимаюсь в музыкальном клипе.
Он смеется, крепче обнимая меня.
– Даже не знаю, можно ли это считать за комплимент.
– О, это он и есть, – отвечаю я. – По крайней мере я хочу, чтобы это был комплимент.
Часть меня терзается вопросом, стоит ли рассказать ему о Нико и Амме. Однако если я сделаю это, он может решить, что это просто месть.
Не поймите меня неправильно, отчасти это и была месть. Но в этом было что-то еще. Я поступила так не для ровного счета – Нико трахнул Амму, а я трахнула Джейка.
Но теперь, когда все закончилось и я начинаю приходить в себя, вспоминая, где я, где мы, меня охватывает что-то похожее на сожаление. Не только из-за того, что я предала Нико. Черт возьми, мне же нравится Элиза.
Что теперь?
Я поворачиваюсь к Джейку, собираясь задать ему этот вопрос, но он, должно быть, предвидел его, потому что щелкает меня по кончику носа.
– Наш секрет, – шепчет он.
– Конечно, – соглашаюсь я с облегчением, но в то же время меня почему-то охватывает разочарование. – Наш секрет.
Еще один в копилку.
Мы одеваемся, стряхиваем песок с себя и друг с друга, и Джейк наклоняется, чтобы прикоснуться носом к моему виску, поцеловать в шею, чем вызывает улыбку на моих губах, хотя сожаление оседает тяжелым грузом на душе. Это как в ночь после похорон мамы: адреналин выветривается, оставляя после себя какое-то тошнотворное чувство, ощущение, что я подошла к краю обрыва и вместо того, чтобы отступить, бросилась вниз.
– Давай срежем, – предлагает Джейк, уводя меня с пляжа ближе к джунглям.
Я отступаю, скептически глядя на деревья.
– Ты припрятал мачете в плавках?
Он подмигивает мне, посмотрев через плечо.
– Ты даже не представляешь, сколько острот я мог бы придумать в ответ. Но нет, в этой части острова не такие густые джунгли.
– Откуда знаешь? – интересуюсь я, но он уже идет в глубь чащи, и я следую за ним, радуясь, что наконец-то ухожу с палящего солнца.
Джейк прав – в этой части леса листва не такая густая, почва под ногами тверже, и мы идем в тишине. Свет проникает сквозь зелень, воздух густой.
Каждый шаг приближает меня ко встрече с Элизой, так что я не особо радуюсь этому.
Джейк, похоже, тоже никуда не торопится, и когда мы видим лозу с ярко-розовыми цветами, он срывает один и заправляет его мне за ухо, заставляя покраснеть.
Когда он протягивает руку, я беру ее, позволяя ему вести меня все глубже и глубже в джунгли.
Через минуту я слышу звук льющейся воды, и поскольку мой внутренний ориентир совершенно сбит с толку однообразием джунглей, я задаюсь вопросом, не наткнулись ли мы на место, которое я начала называть «нашим бассейном».
Но когда деревья расступаются, мы выходим на другую поляну, более темную и уединенную, чем наш маленький оазис. Здесь тоже есть водопад, но вода течет медленнее и стекает в гораздо меньший водоем. В воздухе висит тяжелый, приторно-сладкий аромат.
