На краю бассейна лежит что-то бледное, и сначала мой мозг пытается очертить форму этого предмета, почти ошеломленно думая: «
Я понимаю, что смотрю на тело Робби, только тогда, когда Джейк тихо ругается себе под нос:
– Гребаный мудак.
Прежде мне не доводилось видеть таких мертвецов, как я вижу сейчас.
Я была рядом с мамой, когда она умерла, но ее смерть была стерильной и безмятежной, в окружении гудящих мониторов и запаха больницы.
Сейчас все иначе.
Я отступаю, зажимая рот рукой, когда Джейк подходит к телу.
– Что с ним случилось? – сдавленно спрашиваю я.
Он вздыхает, ерошит волосы.
– Не уверен. Он лежит лицом в воду. Не вижу ничего… очевидного. Впрочем, в этой чаще найдется миллион способов умереть.
Он приседает, натягивая рубашку на нос, и щупает что-то, лежащее на земле. Это черная холщовая сумка Робби, и когда Джейк берет ее и начинает рыться внутри, я слышу свой голос:
– Не надо!
Он в замешательстве поднимает голову
– Это неправильно, – пытаюсь объяснить я. – Рыться в его вещах.
– Он мертв, Лакс. Ему все равно, – возражает он, а затем издает звук, похожий на хрюканье, и достает что-то из сумки.
Нож. Пугающее лезвие словно из фильма ужасов. Изогнутое, с зазубренным краем, рукоятка сделана из чего-то, похожего на кость, и когда он падает на землю в нескольких футах передо мной, я борюсь с желанием отшвырнуть его ногой.
Но тут Джейк достает что-то еще.
– Это его паспорт? – выдыхаю я, узнав маленькую темно-синюю книжечку.
– Нет, – качает он головой, листая книжечку, затем поднимается на ноги. – Твой.
Я моргаю, по телу пробегает холодок, несмотря на жару.
– Что?
– Твой паспорт, – повторяет Джейк, похлопывая им по ладони. – Должно быть, он взял его, когда сломал наши радиоприемники.
Когда мы обнаружили сломанные радиоприемники, мне и в голову не пришло проверить свои вещи – казалось очевидным, что Робби поднялся на борт по одной и только одной причине. Теперь я понимаю, что не открывала свою сумочку, которую засунула под шкаф на «Сюзанне», с тех пор, как мы приплыли сюда. В ней лежали только сотовый, паспорт и немного наличных – совсем не то, что мне было нужно в последние две недели. Я даже не открывала ее, когда брала с собой на борт «Лазурного неба», просто спрятала под матрас на койке для сохранности.
– Почему? – ошеломленно спрашиваю я, обхватывая себя руками. – Почему он взял только мой паспорт?
Джейк пожимает плечами.
– Ты сказала, у вас с ним произошла странная ситуация. Может, он таким способом хотел наказать тебя? Возвращение на Гавайи стало бы настоящей пыткой.
Да, возможно. Или, может быть…
Я снова смотрю на нож, думая о Робби, который взял его с собой сюда, в джунгли.
Нож и моя фотография.
Ждал чего-то.
Замышлял месть?
Джейк, наверное, прав – возможно, это было сделано для того, чтобы немного усложнить мою жизнь после нашей стычки на яхте, но в голову приходят все ситуации, когда мне казалось, что кто-то наблюдает за мной из джунглей. Я начинаю дрожать.
Оглядев поляну, я вижу, что Робби, очевидно, жил здесь. На ветке висит рубашка, под деревом – остатки небольшого костра, и когда я подхожу ближе, то обнаруживаю разбросанные на земле крошечные кости.
– Рыба, – констатирую я.
Джейк подходит ближе и ворошит пепел и кости.
– Ну что за тупой ублюдок! – Он вздыхает. – Мы же его предупреждали, так? Черт возьми, мы же доходчиво объяснили.
Теперь все встает на свои места. Робби всегда рыбачил, и в конце концов он преуспел, но поймал не ту рыбу. Легко представить сцену, когда он, больной, отравленный, подползает к бассейну и в отчаянии пьет солоноватую воду. Но он настолько ослаб, что падает лицом в воду, не в силах поднять голову.
Несчастный случай. Глупый, дурацкий несчастный случай.
Лишнее напоминание, как быстро это место поглощает людей.
Как оно их пожирает.
– Мы должны кому-нибудь рассказать, – шепчу я, и Джейк кивает:
– Хорошо, мы скажем остальным, что нашли его.
– Не только им, – возражаю я, хмурясь. – Мы должны дать сигнал… не знаю, береговой охране, наверное? Возможно, его уже ищут.
– Лакс, гарантирую тебе, что никто не будет искать этого придурка. Это нас не касается. – Слова звучат так холодно, что я едва не отшатываюсь.
– Но мы не можем просто бросить его здесь!
Джейк потирает шею и вздыхает, оглядываясь по сторонам.
– Лично я не собираюсь тащить его обратно на наш пляж, а ты?
– Не будь козлом! – огрызаюсь я, и он протягивает обе руки, направляясь ко мне.
– Эй, – тихо произносит он, – мне жаль, но… – Он держит меня за плечи, заглядывая в глаза. – Лакс, этот парень был подонком и, возможно, опасным. Ты была права, когда беспокоилась, что он на самом деле не уплыл. Но это не наша вина, что он взял и отравился, и я бы солгал, сказав, что это нам не на руку. Ты же это и сама понимаешь.
Часть меня хочет возмутиться словам Джейка, но правда в том, что… он прав.
