— Так ведь эта лестница винтовая, вниз четко под храмом Крома идет, в скале прорублена. Все туннели ее стороной обходят. А храм этот и вовсе на несусветной глубине находится, — ответил жрец, подбирая потухший факел Ривса. — Так что ты теперь все знаешь, но знание это не должно быть передано никому другому, потому как тогда много бед случится.
— Догадываюсь, — грустно ответил Дримс, поднимаясь на первую ступень бесконечной лестницы. Он обернулся еще раз на древний подземный зал и пошел вслед за жрецом.
Вопросов меньше не стало. Помощи ждать неоткуда, а вот страхов и ответственности прибавилось. Как чудесна эта жизнь! Аж удавиться хочется от счастья и радости!
Стюарт Грейсстоун тихо закрыл дверь в детскую, где спала его дочка — единственная выжившая из их с Анной детей.
Киси была довольно болезненным и слабым ребенком, что давало повод Анне постоянно нянчиться с ней, опекать ее и самостоятельно выбирать ей подружек. Стю это не особенно нравилось. Он понимал, что его дочка сформируется слабой и безвольной девушкой, которая будет полностью зависеть от своей матери, а потом и от мужа. Таково должно быть воспитание очаровательной настоящей леди, именно этого требовали все каноны Розми, но этого совершенно не хотел Стюарт. К сожалению, он не так часто бывал дома, чтобы повлиять на воспитание дочери, да и потеря двух сыновей (одного совсем младенца, второго уже умевшего ходить и говорить) не позволяла ему ругать Анну и указывать ей, как воспитывать дочь. Может быть со временем боги позволят супругам Грейсстоун родить хоть одного сына, который не только вырастет, но и передаст фамилию отца своим детям…
— Стюарт, — сзади подошла Анна, — она заснула?
— Да.
— Надо поговорить, — с этими словами дорогая женушка с гордым видом удалилась. Очень мило! И что хочешь то и делай: то ли иди по своим делам, то ли иди за ней, и где тут истинная леди?! Тиран в юбке!
Из-за совершенно разного образа жизни и разного круга общения, еще по возвращении во Фритаун госпожа Грейсстоун постановила, что дом будет поделен на три части: общая, комнаты Анны и комнаты Стюарта. Пересекать границу друзьям Стюарта запрещалось, как и подругам Анны вторгаться на мужнину территорию. Чтоб было меньше обмороков и возмущения грубыми неотесанными солдафонами.
В Анниной части дома находились ее парадные комнаты, где собирались многочисленные женские кружки, в которых состояла госпожа Грейсстоун, и ее подружки. Здесь леди занимались своими исконными делами: вышивали, вязали, перемывали косточки мужьям и соседям, пили чай, читали вслух романы и сплетничали, сплетничали, сплетничали.
Для сборищ друзей Стюарта, гулянок и прочего отводились комнаты в противоположной стороне дома, где рачительная Анна оборудовала не только кабинет и отдельную гостиную для своего супруга и его буйных друзей, но сделала даже отдельную комнату для бильярда, игры в карты и чуть ли не бар! Единственное условие: не лезть на ее половину!
Совместные приемы и встречи супруги проводили в общих парадных комнатах. Спальня у них, конечно же, была общей. Это было единственное условие Стюарта. Анна сопротивлялась лишь для виду и из природного тщательно скрываемого ослиного упрямства.
Стю зашел в небольшой светлый кабинет жены. Та уселась в кресло, обтянутое нежно-голубым бархатом, и взглядом указала на изящную кушетку, слева от ее кресла. «Ага, сейчас!» — мысленно высказался Стю. Поднял жену из кресла, уселся в него сам, Анну же усадил себе на колени. Та немедленно принялась вырываться.
— Стюарт, прекрати!
— Что прекрати? Мы уже столько лет женаты, я хочу, чтобы ты посидела у меня на коленях, — возмутился он.
— Стюарт, дверь открыта!
— Ты меня уже бесишь. Это мой дом, ты моя жена. Какие проблемы?
— А если кто войдет? — Анна отбивалась уже вяло, скорее для соблюдения приличий.
— Посмотрит и уйдет, — он усмехнулся, все, сопротивление сломлено. — Чего ты хотела мне сказать?
— Тебе уже давно пора сходить подстричься, — констатировала жена, разглядывая вновь отросшие чуть ли не до плеч волосы Стю.
— И ради этого ты потащила меня сюда? Я же тебе еще вчера обещал, что как только сдам эти экзамены — пойду и подстригусь.
— Эти твои суеверия меня ставят в неловкое положение, — фыркнула Анна. — На самом деле я не об этом хотела поговорить.
— А о чем? — он чмокнул жену в плечо, та опять стала выворачиваться и бормотать об открытой двери. — Ведьмочка моя дорогая, чем дольше и громче ты возмущаешься, тем больше вероятность того, что сюда засунет нос кто-то любопытный. Так о чем ты хотела поговорить?
— Я миллион раз просила не звать меня ведьмочкой!
— Не веди себя как ведьмочка, не буду, — засмеялся Стю.
— Стюарт, я уже давненько не видела Рика. Он не появляется у нас, ты не ходишь к нему. Что с ним случилось? — сменила тему хитрая супруга.
— Не видела ты или твоя подружка Конни? — счел необходимым уточнить подполковник Грейсстоун, зная привычку жены помогать подружкам в деле устройства их семейной жизни.
