- Вполне возможно, - кивнул врач. – Вполне! Генерал присутствовал при трагедии, что стала источником заболевания или катализатором к проявлению скрытой болезни, и при виде его принц получает нервный импульс! Что ж вы раньше молчали, любезный?
- Я раньше не знал этого, - признался телохранитель.
Королева же молчала.
Лишь глаза ее шире раскрылись от нехороших мыслей, что появились у нее в голове. Губы королевы слегка побелели.
4
Дримс шел на летное поле, раздумывая о Мурке и ее выводке: ведь ее обязательно кто-то прихватит, не бросят же животинку, но в дороге может случиться всякое. Может быть, взять ее с собой в вертушку? Да, так будет надежнее. Забавно, тут тысячи жизней стоят на кону, а он думает о кошке с котятами! Не о простых людях, которых должен защищать, а об обычной кошке!
Бен и Рыжик уже были навеселе. Хорошо навеселе. Это безумно разозлило капитана Дримса. Наверное, так зол он был лишь, когда макал Бена в бочку, или когда слушал свой приговор: Миранда. Вот ведь твари! Вместо того чтобы чинить эти долбанные вертушки, эти горе-техники бухают! Ну, все!
- Младший лейтенант Келамью, лейтенант Сантал, готовить к вылету ваш вертолет. Старший лейтенант Флайтан, бери своего штурмана, и готовь к вылету борт! – заорал злой Дримс на все летное поле. Как ни странно, но его оболтусы услышали своего командира и даже рысцой, - что было им не свойственно ранее, - потрусили к вертолетам. – Ленс, крикни мне пехотинцев!
Когда Дримс уже сменил китель на летный комбинезон и направлялся к своему вертолету, рядом объявились двое пехотинцев, один из них был знаком Ривсу: именно он отволакивал Норрика в карцер в первый раз. Парень хлопал на злого капитана изумленными голубыми глазищами, полными страха, обожания и какой-то надежды.
- Сержант, техников затащите в грузовой борт, - приказал капитан. - Закрепите, они летят с нами.
- Так точно, господин капитан, - отдал честь голубоглазый мальчишка и побежал к складу, у двери которого похрапывали довольные жизнью Бен и Рыжик.
- Куда собрался, капитан? – осведомился главный диспетчер, проходивший мимо Ривса к вышке. Он шел с обеда и еще не знал о том, что город обречен, а их всех скоро съедят на ужин твари. Счастливый человек!
- Надо слетать, тут недалеко, - ответил капитан.
- Старик запретил всю разведку по воздуху, у тебя три ударных борта осталось, - напомнил диспетчер.
«Бессмертный он, что ли?» - подумал Дримс, который едва сдерживал злость, но вслух ответил:
- Да я ж не на разведку, я так, проверить своих подчиненных, давно не летали, не маневрировали. Мы в сторону тварей не сунемся, за реку пойдем.
- А техники тебе зачем в грузовом борту? – искренне удивился диспетчер, раздумывая, звать ли ему конвой и докладывать ли старику или сделать вид, что он ничего не видел?
- А я их на курсы повышения квалификации по дороге заброшу, - хлопнул его по плечу Дримс, едва сдерживаясь, чтоб не сломать диспетчеру ключицу. – Ты иди на вышку, считай, план полета я тебе рассказал. За реку мы пойдем. Думаю, минут тридцать нам хватит.
Когда еще не убежденный в правдивости Дримса диспетчер удалился на свою вышку, Ривс направился к вертолетам, надевая защитный шлем на ходу.
- Ленс, мой вертолет проверил? – осведомился Ривс у парня.
- Да, все норм, - парнишка как всегда весело сощурился. – А на кой тебе понадобились наши техники? Куда мы вообще летим?
- Много будешь знать – скоро состаришься, - отмахнулся Ривс. – Ты запросил вышку?
- Конечно, - ответил тот.
- А разрешение на взлет?
- Ну, ты меня за ребенка держишь или за нашего вечного неудачника? Да и ты ж только что говорил с главным диспетчером…
- Он еще не дошел до вышки. Все, иди к Санталу. Я лечу ведущим, Флайтан замыкает, ты посередине, и выполнять мои приказы безоговорочно. Безоговорочно! От этого зависят наши жизни, и жизни этого проклятого долбанного городишки, который я бы лично разнес по камешку в другие времена. Поняли? – он обратился к высунувшимся пилотам.
- Ты что задумал, капитан? – все же спросил Флайтан.
- Тебе не понравится, - ответил Ривс. – Отставить вопросы, сейчас грузят этих паскуд, - он кивнул на техников, которых волокли пехотинцы, - и летим. Слушать меня. Кто ослушается, Венерой клянусь, я лично расстреляю. Все верят?
Пилоты кивнули.
Сантал тихо проворчал что-то недовольное, но по своему обыкновению ничего не сказал громко. Он вообще не вмешивался в работу Ривса, хоть порой и осуждал методы капитана, но делал это тихо. Ему не нужны были слушатели, да только промолчать он никак не мог, полагая Ривса еще зеленым юнцом. Однако дисциплина и армейская субординация давали о себе знать, поэтому решения и приказы командира Сантал не обсуждал никогда. Дримс был весьма признателен старому воздушному волку за его деликатность, поэтому позволял не только иметь собственное мнение, но и тихо ворчать. Остальным, в том числе Ленсу, несмотря на дружеские отношения, влетало за обсуждение приказов по первое число.
Вертолеты поднялись в воздух.
