Вдали он заметил горящий бордель, из окон которого вырывалось пламя. Из его дверей выбегали полуголые женщины, с нарисованными усами, и с криками падали замертво. Одна из них упала прямо у его ног. Она была мертва, но ее грудь колыхалась, как будто от возбуждения. Ворон нагнулся, и увидел, что на ее соске был маленький глаз. Он моргнул и посмотрел на Ворона, потом закрылся и провалился.
Горящий бордель манил, как приманка. Ворон понимал, что это ловушка, но что-то заставляло двигаться в ту сторону. От вида мертвой проститутки с глазом на соске по коже пробежал мороз. Этот город явно сошел с ума, и тащил его за собой. Он чувствовал, что реальность расползается на куски, как старая ткань.
Отбросив мертвую девку в сторону, Ворон пригнулся и перекатился за покосившийся забор. Старая “Беретта” в руке была не панацеей, но давала иллюзию контроля. Безумные твари все еще наседали, их вой резонировал с внутренним смятением. Они были липкие, как болото, и, казалось, росли из воздуха. Прямо сейчас, они вылезали из асфальта, вырываясь из канализационных люков, в которых виднелись горящие клочья.
Ворвавшись в бордель, он увидел сюрреалистическую вакханалию. Полуголые тела, как будто вырванные из чьего-то жуткого сна, валялись вперемешку с обломками мебели. Кое-где, на стенах, виднелись странные письмена, похожие на иероглифы, которые пульсировали багровым светом. В центре комнаты на диване, усыпанным пеплом, сидела женщина. На вид лет тридцати, с темными, как ночь волосами и пронзительными зелеными глазами, она курила сигарету, вставленную в длинный мундштук, совершенно не обращая внимание на ад, который творился вокруг. Голая, за исключением тонкого, черного кружева. Ее кожа была белой, как снег, но кое-где виднелись кровавые подтеки.
— Привет, красавчик, — выдохнула женщина, стряхивая пепел, — Ты кого-то ищешь?
Голос у нее был низким, хриплым, с оттенком порока. Она смотрела на Ворона так, как смотрят на зверя перед охотой. Ворон, не опуская пистолета, двинулся в ее сторону.
— Кто ты? — спросил он.
— Зови меня Тень. Я здесь по совместительству. Ты ведь знаешь, что здесь сейчас твориться?
Он кивнул. Тень окинула его взглядом, от которого по телу пробежал жар.
— Ты особенный, — сказала она, — Тебя хотят сломить. Ты ведь не сломаешься?
— Это не твое дело. Я здесь по работе.
— Хм, — протянула Тень, — А я думала повеселиться.
Она встала и медленно подошла к нему, ее движения были плавными, как у пантеры. Свободной рукой она провела по его щеке, коснулась губами мочки его уха, и прошептала:
— Хочешь увидеть настоящее безумие?
Она отстранилась, и в ее глазах вспыхнули огни. В следующее мгновение комната переменилась. Стены закружились, пол начал уходить из-под ног. Ворон оцепенел, словно впал в гипнотический транс. Вскоре, он уже не видел разрушенного борделя. Он оказался в комнате, полной зеркал. В каждом отражении маячило его лицо, искаженное, деформированное, как в кошмаре. Вокруг него танцевали фигуры с кровавыми ртами, которые с вожделением смотрели на него. А Тень, нежная и манящая, потянула его в центр этого безумного хоровода.
Он проснулся с пересохшим горлом, ощущая, как между ног что-то пульсирует. Тень сидела на нем верхом, и, поглаживая, целовала каждый миллиметр его тела. Запах гари уступил место сладкому аромату ее тела. Ворон понимал, что это не сон, но реальность стала похожа на каприз похотливой богини. Она двигалась на нем, заставляя каждую клетку его тела вибрировать от похоти. Он сжимал ее бедра, вплетал пальцы в ее волосы, пытаясь ухватиться за что-то реальное в этом калейдоскопе ощущений.
Оргазм накатил, словно цунами, унося с собой остатки здравого смысла. Тень облизнула кончики его пальцев, словно кошка, и улыбнулась.
— Ну как? Теперь ты видишь? — ее голос, как и раньше, ласкал слух.
— Что ты такое? — спросил Ворон, чувствуя себя выпотрошенным.
— Я твое искушение. Твое отражение. Я то, чего ты хочешь.
Она спрыгнула с него и подошла к зеркалу, любуясь своим отражением. В этот момент, он заметил, что в каждом из них она выглядела по-разному. То молодой и невинной, то развратной и порочной, то жестокой и беспощадной.
— Ты ведь не думал, что все так просто, да? — пропела Тень, — Этот мир уже не такой, каким ты его помнишь. Теперь все перевернуто с ног на голову, и реальность больше ничего не значит. Ты будешь моей игрушкой, ты будешь делать все, что я захочу.
— Хуй тебе, — ответил Ворон.
Тень засмеялась, ее смех был похож на звон разбитого стекла.
Вдруг зеркала разлетелись на мелкие осколки, комната вновь начала гореть, а Тень, словно дым, испарилась. Ворон опять один. На полу лежал его пистолет, и он тут же его поднял. Осмотревшись, он понял, что все вокруг, как и раньше, было в огне. Безумные твари никуда не исчезли.