С Мариной все было легко. Она обладала проницательным умом, поддерживая в нем интерес, а в отношениях свежесть; она была физически активной, и они много чего делали вместе; она была надежной, спасая его от депрессии. Ее сексуальные предпочтения развивались, менялись, словно она готовилась к экзаменам на степень самоудовлетворения. На первом году отношений они не всегда были вместе. Важнее всего было то, что она совершенно не зависела от него или кого бы то ни было, она в нем не нуждалась, он просто ей нравился. После трех лет и нескольких месяцев как мог он не жениться на такой женщине, когда у него были все шансы? Ее родители купились на ложь: мол, он работает журналистом, хотя к тому времени, как они поженились, он уже уволился и работал в мобильной кофейне. Позже он понял, что ему повезло, что она никогда не спрашивала его, любит ли он ее, или когда он говорил, что любит, никогда не спрашивала его, что это значит, что это за чувство, называемое любовью. Она доверяла ему, верила на слово, и вообще жизнь ее была слишком насыщенной, чтобы задавать подобные вопросы. Год она проучилась в магистратуре по международным отношениям, и когда они поженились, в 1985-м, работала младшим аналитиком в компании по управлению рисками, специализируясь на создании стабильных, широкопрофильных, защищенных каналов по развитию зарубежных проектов. Примерно тем же занимались выпускники Йеля в отличие от выпускников Коламбии, что работали в кафе и салонах фотокопии до тех пор, пока не решались бросить на ринг полотенце и окончить какую-нибудь магистратуру. Ей приходилось путешествовать, а к этому у нее были способности. У нее было просто невероятное количество родни, а у него почти никого. Дядя по отцу и родители его матери (родители отца давно умерли) больше не могли куда-то выбираться. Время от времени он общался с бабушкой и дедушкой по телефону, но не навещал их. Это устраивало обе стороны. В 1985 году на свадьбу в Сиэтле он пригласил троих ближайших друзей и Луиса, с которым иногда виделся, но никто не собирался лететь туда через весь континент. Брат Марины, Максимилиан, был его шафером. У родителей он вызывал определенные подозрения – ни социального класса, ни друзей, ни семьи, и все это подкрепляло их беспокойство, – но когда они впервые встретились зимой 1983 года, он сразу сумел завоевать расположение ее матери. Это всегда полезно.
– Да ты же совсем один! – сказала она после расспросов о его семье. Было холодно. Она хотела купить ему новое пальто, так как его драное вельветовое было явно не по сезону.
– Другое пальто я оставил в Нью-Йорке, – сказал он. – Обещаю его надевать.
– Нет у тебя никакого другого пальто, – сказала Марина. И, повернувшись к матери: – Он врет.
– Есть, просто ты его не видела!
– Врешь.
Однако, хоть кровь из замерзшего носу, он ни в какую не хотел, чтобы мать Марины покупала ему пальто. Марина втихую сунула ему деньги, которые он пообещал ей вернуть, и они отправились в магазин списанного армейского снаряжения, где он купил темно-синий бушлат. Марина сказала, что маме он вряд ли понравится, зато понравится отцу, хоть тот и не заметит перемены.
<p>17</p>
