— Да, — без промедления отвечаю я шепотом. Разве кто-то способен отказаться от сундука с сокровищами? Разве найдется человек, что скажет: «Нет! Я ни за что не возьму этот миллион, что свалился на меня с небес! Буду попрежнему жить в картонной коробке и перебиваться остатками заплесневевших бутербродов из мусорного бака!»? В случае со мной: может хватит уже терзать свой организм испорченными продуктами? И я не о Мише говорю, а обо всех моих жалких попытках покорить волну … Черт с ними этими метафорами — я хочу получать настоящее удовольствие от секса! Хочу, чтобы он заканчивался для меня так, как положено. Чтобы мне не приходилось потом чувствовать себя использованной резиновой куклой, которую поимели, а напоследок сказали «спасибо!» и засунули в шкаф до следующего раза… С Максом мое тело порхает, точно бабочка в райском саду, так почему же я должна отказываться от особых игр с ним? Свой миллион с небес я ни за что не упущу. — Я согласна.
Медленно открываю глаза, когда мужские пальцы касаются моего подбородка. Макс в упор глядит на меня и уголки его красивых губ слегка подергиваются.
— Уложился ровно в две минуты.
— Наверное, мастерство и впрямь не пропьешь, — усмехаюсь я.
В комнате начинает что-то вибрировать. Кажется, из нас двоих я единственная обращаю на этот раздражающий звук внимание, потому что Макс по-прежнему поедает меня глазами.
— Телефон? — мямлю я, нащупывая свою сумку. — Это не у меня.
Достав из кармана брюк свой сотовый, Макс, заметно нехотя, опускает глаза на экран и его предвкушающий нечто взгляд в мгновение ока меняется. Если бы его маска не прятала брови, то не сомневаюсь, я бы увидела как они хмурятся. Он отходит от меня на пару шагов и отворачивается, отвечая на звонок.
— Да? Что-то случилось? — обеспокоенным голосом спрашивает он. — Ничего страшного, в чем дело? Что? То есть? И давно она не отвечает? Мм… Не переживай. Время то уже двенадцать, она спит давно… Я разговаривал с ней около часа назад, она как раз желала мне спокойной ночи. Да, точно. Хорошо. Ничего страшного. До завтра.
Макс отключается, как-то безжизненно опускает руку с телефоном, что начинает болтаться вперед-назад, а потом неожиданно громко выдыхает ртом, словно пытается спалить все вокруг. Не понимаю, зол он, раздражен или обеспокоен. А может, растерян? Безмолвно гляжу, как он набирает чей-то номер и, громко дыша, ждет ответ на том конце.
Думаю, он уже позабыл о моем существовании.
13
Я боюсь услышать в ответ незнакомый и равнодушный голос, что сообщит мне жуткие вести. Страшусь той секунды, когда сердце тяжелой гирей рухнет вниз, а в ушах появится кошмарный писк, сводящий с ума. Проходит больше восьми долбаных гудков, я сбрасываю вызов и набираю снова. Уже в четвертый раз.
Мы с Милой договорились, что она никогда и ни при каких обстоятельствах не будет включать вибрацию на телефоне. Если ложится спать или у нее начинается урок, то просто убавляет громкость звонка. Она всегда должна быть на связи со мной и с нашими стариками. Ей, черт возьми, запрещено теряться.
Вновь сбрасываю вызов, уже не сосчитать в который раз. Мысли в голове — одна страшнее другой. С тревогой вспоминаю предостерегающий взгляд Милы, которым она оглядела меня на прощание сегодня, и в голове тут же возникает жуткая картина… Вдруг она решила прогуляться и её похитил какой-то маньяк? Вдруг какой-то псих ударил её по голове в подъезде, украл сумку, а безжизненное тело спрятал в какой-нибудь кладовке? А что, если моя сестра просто сбежала? Знаю, порой я бываю слишком требовательным, но ведь я просто беспокоюсь о ней, она должна понимать это. Черт возьми, Мила должна понимать, что я забочусь о ней!
— Что-то случилось?
Плохим мыслям почти удается исчезнуть. Услышав обеспокоенный голос бабушки я тут же позабыл о Каролине, что до этой минуты тихонько стояла у меня за спиной. Перед тем, как она подошла ко мне в баре, я хотел позвонить сестре. Уже тогда беспричинное беспокойство терзало меня, но стоило этой девушке оказаться рядом, как здравый смысл и умение прислушиваться к внутреннему голосу, напрочь растоптала обыкновенная похоть, и я совершенно позабыл о сестре. Неужели мой мозг перестает функционировать, когда в штанах начинается ураган? Господи, Макс, ты ведь не подросток!
Смотрю на Каролину, что обеспокоено глядит на меня, прохожусь глазами по её миниатюрной фигурке и останавливаю взгляд на порозовевших от поцелуев губах. Пока я соблазнял эту белокурую особу, с моей сестрой случилось что-то ужасное.
— Что-то не так? — вновь спрашивает она тихим голосом.
— Тебя это не касается, — отвечаю я, вновь набирая Милу. Мне не семнадцать лет, чтобы терять голову при виде привлекательной девушки, черт возьми. — Сходи потанцуй, выпей, познакомься с кем-нибудь.
Гудки, гудки, гудки… Да сколько можно?! Неужели так сложно взять трубку?!
— А ты очень вежлив, — с явным удивлением хмыкает Каролина.
— Мне не до тебя сейчас, ладно? Просто сходи развлекись и… — сбрасываю вызов и замолкаю. Вдох-выдох.
