В небольшой пекарне все сидячие места заняты. Мы занимаем высокий круглый столик у окна и стоя поедаем ароматную выпечку. Кофе, что я выбрала, жутко крепкий, даже несмотря на сливки. Вообще, в горло ничего не лезет, потому что все стремительнее мое беспокойство поедает меня изнутри. Мы с Матвеем долго молчим, хотя наши глаза все чаще и чаще врезаются друг в друга, точно автомобили на трассе. Ненавижу собственную память. Я ведь точно знаю, что уже встречалась когда-то с Матвеем, но почему-то чрезвычайно сложно отыскать этот момент в собственном прошлом.
— Значит, ты вспомнила меня, да? — вдруг спрашивает он, подняв на меня черные сверкающие глаза. Его губы в ухмылке; мои глаза круглые от удивления. — Ну, ты просто спросила про спектакль, понравился он мне или нет, — уточняет он, запивая свою сахарную булку горячим чаем.
Натягиваю самую невинную улыбочку и непринужденно отвечаю:
— Ну, не то чтобы прям вспомнила, просто припоминаю, кажется. Постановка «Гениальный лжец». К тому же, последний раз я в театре была как раз месяца четыре назад, адо этого года два там не появлялась. Следовательно, мы могли с тобой встретиться только на этом спектакле.
Снова знакомая ухмылочка. Честное слово, у меня сейчас мозг вскипит, придется скорую вызывать!
— Кажется, ты не в восторге от кофе, — замечает Матвей.
— Слишком крепкий для меня, — кривлюсь я. — Если выпью весь стакан, потом руки будут дрожать.
— Давай я что-нибудь другое возьму тебе? Думай быстрее, иначе очередь увеличится за счет этих ребят, — улыбается он, кивнув на кучку студентов, что заходят в пекарню. — Все, я пошел! Возьму газированную воду, — подмигивает мне Матвей и в два больших шага оказывается у кассы.
У него что, нет девушки, раз он тут со мной булки ест? Нет, нет, нет, у такого парня не может не быть девушки, нет. Вот такие, значит, главные герои у авторов любовных романов? Маркус являл собой непоколебимую уверенность, силу и одурманивающую женский разум мужественность. Его проникновенный взгляд мог растопить ледяные айсберги в Атлантическом океане и спалить дотла целый остров… Чтото типа того. Иной раз читаешь и недоумеваешь, да где же они таких красавцев находят? Все как на подбор: высокие, привлекательные, мужественные. И зубы у них белоснежные, и губы у них красивые, и щетина сексуальная есть… Черт возьми, Матвей, ты ведь идеальный герой для любовного романа.
Опускаю взгляд, когда он возвращается к столику и ставит передо мной стеклянную бутылку с газированной водой.
— Спасибо, — благодарю я, подняв уже откупоренную крышку. — У тебя есть девушка?
Матвей хитро улыбается, сощурив глаза:
— Тебе правда интересно?
— Хочу понять, почему ты ешь со мной эти булки, бежишь покупать мне воду и провожал меня до машины на прошлой неделе, — пожимаю я плечами.
— У меня никого нет, но это не значит, что я все же собираюсь к тебе клеиться, как ты, вероятнее всего, подумала сейчас.
Я и правда так думаю.
— Как же так? — деланно удивляюсь я.
— Ну, я сразу тебя предупредил, чтобы ты ничего там себе не надумывала, — улыбается он не сводя с меня глаз. Они сверкают такой явной хитринкой, что у меня учащается пульс. — Не хочу, чтобы ложась спать, ты представляла нашу свадьбу.
А ему бы подошла бабочка и черный костюм. Вообще, ему очень идет черный… Бросаю небрежный взгляд на его парку и водолазку с высоким воротником.
— Еще чего! Я вообще-то удивлена тому, что у тебя нет девушки. Это имела в виду.
— А-а. Значит скотч, порой, нужен не только тебе. — Матвей опускает голову, заглядывает в свой полупустой стаканчик с чаем и вертит его в руках. — Почему у тебя никого нет?
— С чего вдруг такая уверенность?
— А это не ты ли рассталась с парнем? — уточняет он, подняв темную бровь. — Как там его зовут…
— Да, рассталась, но это не значит, что у меня никого нет.
Зачем я это говорю? Скотч в студию, пожалуйста!
— Уже есть кто-то на примете? — с нескрываемым интересом в глазах спрашивает Матвей. — Или ты решила пуститься во все тяжкие?
— А почему тебя это интересует?
Он улыбается, опускает глаза и пожимает плечами. Так делают только те, у кого есть что-то сомнительное на уме…
— Просто интересно, вот и все, — отвечает он и допивает свой чай. — Почему-то мне кажется, что ты выбрала второй вариант. Скажи, что я не прав.
— Ты не прав.
— Серьезно?
Коварная улыбка. Красивые губы и коварная улыбка.
— Более чем. И на примете никого нет. Я решила отдохнуть от отношений.
— И пуститься во все тяжкие.
Упрямо гляжу на него:
— Нет.
— Врешь.
— Я говорю только правду. И вообще не понимаю, почему должна тебе что-то доказывать! — хватаю бутылку с водой и, наконец, делаю несколько глотков.
— Ты мне ничего не должна, — с улыбкой говорит Матвей, облокотившись на столик, — мы просто общаемся.
