— Это ее последняя попытка спасти свою жизнь, — сказал Август, скользнув рукой по бедру Лукаса, обтянутому джинсами. — У нее не было ни единого шанса.
Лукасу знакомо это чувство. Он втянул воздух, почувствовав, как Август прикоснулся губами к его бедру и сжал его.
— Тебе, наверное, нужно наложить швы.
— Мне нужен только ты, — возразил Август, прослеживая большим пальцем по очевидной эрекции Лукаса. — Похоже, я тоже тебе нужен.
Лукас прижался к ладони Августа, застонав от удовольствия, которое расцвело от внезапного давления.
— Мне нужно закрыть рану.
— Ты закрывай. А я открою это, — сказал Август, ловко расстегивая пуговицу и молнию Лукаса, стягивая его джинсы, чтобы провести ртом по выпуклости в нижнем белье Лукаса.
Лукас откинул голову, закатив глаза, пока Август губами дразнил его член.
— Я не могу сосредоточиться, когда ты так делаешь.
— Я буду в порядке, — пообещал Август, обхватывая ртом влажное пятнышко на головке члена Лукаса.
Лукасу нужно было закрыть рану. В нее могла попасть инфекция. Он запустил пальцы в волосы Августа и дернул достаточно сильно, чтобы тот зарычал.
— Ты позволишь мне закончить закрывать рану, — сказал он, делая свой голос настолько строгим, насколько это было возможно с неистовым стояком. — А когда я закончу, тогда ты сможешь меня трахнуть. Понял?
Зрачки Августа расширились, когда он взглянул на Лукаса.
— Понял, — сказал он дрожащим голосом.
Лукас поцеловал Августа в губы.
— Ну, вот и славно.
Лукас сел на край ванны, взял стерильный бинт, чтобы зажать рану и перебинтовать. На это ушла вся упаковка. Закончив с перевязкой, он сказал:
— Вот. Все в порядке...
Не успел Лукас договорить, как Август притянул его между бедер, стянул с Лукаса трусы и заглотил его.
— Господи. Черт, — прохрипел Лукас, запутавшись руками в волосах Августа, так как его колени грозили подкоситься. — Не здесь.
Август отстранился, кулак заменил его рот, медленно работая им.
— Ты серьезно? Я могу тебя трахнуть? — Август прикусил бедро Лукаса.
— Можешь трахнуть меня, если хочешь. Мне нравится и так, и так.
Лукас с трудом сосредоточился. Ему тоже нравились оба варианта, но он хотел, чтобы Август был в нем.
— В спальню, сейчас же.
Август
Август был слишком возбужден. Может быть, дело в адреналине от ночных событий, а может, просто в мысли о том, чтобы зарыться в жаркое тело Лукаса. В любом случае его сердце учащалось каждый раз, когда Лукас оглядывался на него через плечо. Август хотел повалить Лукаса на кровать и вылизать каждый его сантиметр, попробовать на вкус, прижать Лукаса к себе и трахать, пока он издавал сексуальные звуки, которые издавал, когда отсасывал ему накануне вечером.
Дойдя до спальни Лукаса, Август не смог удержаться от того, чтобы не толкнуть его к двери, не схватить за лицо Лукаса, и не завладеть его ртом, покусывая его губы и подбородок.
— Я думал об этом весь день. Сегодня вечером я с трудом мог сосредоточиться на работе, зная, что ты здесь и ждешь меня.
Лукас застонал, сжимая задницу Августа, притягивая его ближе, пока их бедра не оказались вровень друг с другом. Лукас прислонился головой к двери и обнажил горло в бессознательно покорном жесте, от которого член Августа запульсировал.
Лукас доверял Августу и позволял делать с собой все что угодно. Буквально все. От этой мысли Августа затрясло, ему захотелось стащить с Лукаса одежду и трахать его у двери, пока он не заплачет и не начнет умолять. Как выглядел бы Лукас, когда он был бы совершенно беспомощен? Что он может сделать с Лукасом? Лукас прижался к Августу, как будто услышал его грязные мысли.
— Мы можем обойтись без прелюдии, если хочешь, — прохрипел Лукас в губы Августа, запустив руку в его расстегнутые джинсы и нащупывая эрекцию. — Ты можешь делать со мной все, что захочешь. Я тоже думал об этом весь день.
Август отпрянул от него, тяжело дыша. Лукас испугался внезапного отступления Августа.
— Что? Что случилось? Что не так?
Сердце Августа бешено колотилось при мысли о том, что он может сорваться и сделать... все, что угодно... с Лукасом.
— Я просто... мне нужно, чтобы ты связал меня. Сейчас мне нельзя доверять. — Лукас сделал шаг ближе, но Август поднял руку. Он не мог выбросить из головы мысль о том, чтобы причинить боль Лукасу. — Пожалуйста.
Лукас пристально посмотрел на Августа, его замешательство было очевидным. Август не удивился бы, если бы тот выгнал его и сказал, чтобы он никогда не возвращался. Это был самый логичный выбор. Любой здравомыслящий человек мог понять, что он опасен. Август находился в подвешенном состоянии, пока Лукас обдумывал просьбу Августа.
Наконец Лукас сказал:
— Раздевайся и ложись на кровать.
У Августа закружилась голова от напряжения, которое внезапно покинуло его тело. Лукас не выгнал его и не отмахнулся от его опасений. Лукас будет в безопасности. В безопасности от него. На всякий случай.
