– Как же так получилось, что башня рухнула, а шахты под городом целые?
– Я же говорю, гномья работа, – и он провел рукой по гладкой стене пещеры, – смотри сам, ни балок, ни подпорок, ни перекрытий, только стены, ну и немного алхимии. – Резкий хлопок о стену. – Ладно, хватит болтать. – Гном спрятал трубку и стал подниматься на ноги.
– Погоди, еще вопрос, почему мы идем в глубь шахт и спускаемся все ниже?
– Потому что все входы и выходы с восточной стороны поста засыпаны давным-давно. Выйти на поверхность можно только с западной стороны, там гоблины постоянно новые норы роют.
– А им-то зачем?
– Живут они тут, на крыс и прочую живность охотятся, мы к ним не лезем, они к нам не суются.
– Понятно.
– Ну, раз понятно, хватайте носилки и пошли.
Наверху зашелестело, и с потолка посыпались мелкие камешки. Гном тут же прыгнул на меня, сбивая с ног и воя во всю глотку:
– К оружию!
В слабом свете алхимических фонариков замелькали быстрые тени. Ерин встрепенулся, вскочил и тут же упал, подмятый огромным пауком, упавшим от куда-то сверху. На бессознательное тело раненого Лугаса упало сразу двое. Со стороны капитана раздались крики и звон стали. Ерин дико завопил, барахтаясь под пауком, а тот прогнулся, вскидывая хелицеры, и всадил их бедняге в живот, не спасла даже кольчуга. Крик моментально оборвался, переходя в бульканье. Подскочивший гном с хеканьем крутанулся и как битой ударил паука в бок своим посохом, отшвыривая в сторону. Атаковавших старлея пауков одна за другой пробили длинные стрелы. Неподалеку грохнуло, и все стихло. Я сидел на пятой точке, пораженный увиденным.
– Надо уходить, на запах придут другие, – капитан взмахнул клинком, стряхивая кровь.
– Что с Ерином и Лугасом?
– Мертвы, оба, – упавшим голосом сообщил гном.
Я на коленях подполз к парню, все еще не веря своим глазам. Лицо Ерина исказила гримаса ужаса, рот распахнут в безмолвном крике, оттуда медленной струйкой вытекала кровь. В животе две дырки, как пулевые ранения, вокруг них зеленая слизь. Подружиться я с этим парнем не успел, но умереть вот так… Только что же с ним разговаривал. Это мог быть и я.
– Вставай, Андрей, им уже ничем не поможешь, – резким рывком гном поднял меня на ноги.
Где-то наверху вновь зашелестели шаги мохнатых лап.
– Быстрее, – заорал капитан.
Этот крик вывел меня из ступора. Рюкзак на плечи, арбалет в руки.
– Бежим! – вновь скомандовал Корвум.
И мы побежали. Сзади, уже не таясь, неслись пауки, много пауков. Они бежали по полу, по стенам и по потолку тоннеля, коленчатые ноги мелькали, как спицы в колесе. Когда казалось, что нас уже настигли, Торнбрук выхватил из кармана склянку с ярко- желтой фосфоресцирующей жидкостью и не глядя бросил себе за спину. Упругий толчок подтолкнул нас в спину, волна жара опалила волосы. Я на секунду оглянулся, в узком месте перехода стояла стена огня. Пламя бешено лизало камни и пожирало еще брыкающиеся тела неудачливых преследователей.
– Не отставай, надолго это их не задержит.
Я прибавил ходу и обогнал гнома. Снова развилка, но Корвум уверенно держит направление. Вперед и только вперед. Внезапно стены расступились, и отряд влетел в огромную пещеру, похожую на станцию метро. Вокруг все было белым-бело от паутины. С потолка, как гроздья винограда, свисали коконы. Сзади из тоннеля послышалось шипение, тут же сверху на его зов раздалось ответное, гораздо громче и с нескольких точек.
Капитан рванул через пещеру к спасательному выходу из паучьего гнезда. Но его уже перегораживали, спускаясь на нитях паутины, как спецназ по веревкам, пятеро черных пауков. Тела около метра длиной, раскинутые во все стороны длинные волосатые ноги, они вызывали одновременно отвращение и страх. Ну почему в этом мире все такие здоровенные, то крысы, а теперь вот пауки размером с сенбернара. Свет фонариков раздражал тварей. Они прятали свои выпученные шарики глаз за передними лапками и шипели. Длинные и изогнутые хелицеры, похожие на кривые кинжалы, постоянно двигались, на их кончиках поблескивали капельки яда. Вход в пещеру перекрыли преследователи, обожженные и покалеченные. Ловушка захлопнулась.
– Бей их, – заорал капитан Корвум и кинулся на пятерку, преградившую выход. Приняв на щит удар передних лап, он крутанул перед собой мечом, и их обрубки полетели на пол. Как винтовка, захлопала тетива эльфийского лука. С потолка посыпались пронзенные стрелами пауки. Падая, они разбивались о камни, некоторые еще корчились в агонии, дергая суставчатыми лапами. Гном, издав воинственный клич, бросился на помощь командиру. Паук задрал вверх морду, демонстрируя свои жала, и получил со всего маху по ним посохом, во все стороны брызнула зеленая кровь.
