— Ну, от последствий нервного потрясения Семеныч его быстро вылечит… Завтра уже как новенький станет.
Сержантик, нервно задвигав ноздрями, вдруг замер, как почуявший добычу зверек, и юркнул под стол. И спустя мгновение вылез оттуда, держа в руках большую луковицу, которую тут же принялся пожирать вместе с кожурой.
— А чего ты в бега ударился, служивый? — обратился к нему Дега. — Лучше уж, по-моему, с автоматом в строю маршировать, чем по лесу шлендать, где порченые стаями вьются. Чего тебе в твоем гарнизоне не сиделось?
Сержантик сильно дернулся, словно его внезапно огрели по затылку. Весь сжался, стиснув обеими руками недогрызенную луковицу.
— Там плохо… — прошептал он, вперившись в моего кореша выпученными побелевшими глазами. — Там все не по-нашему… Я видел!
«Она — чтоб у нас все по-ихнему стало…» — вспомнил я, что говорил давешний пацаненок про Штуку.
— Не по-нашему! — взвизгнул сержантик и дернулся еще раз, сильнее, всем телом. — Все не по-нашему!..
— Ну, тихо, тихо! Успокойся! Смотри на меня! — Однако, встав перед ним, звонко щелкнул пальцами у его лица.
Щелчок этот точно переключил сержантика. Он моментально обмяк, будто забыв о том, что было минуту назад, и снова с азартом принялся за свою луковицу. Однако осторожно усадил его, с хрустом жующего, брызжущего едким соком, за стол.
— Ежу понятно, Штуку необходимо уничтожить, — проговорил Однако, задумчиво глядя на загудевший на плите чайник. — Причем в ближайшее время. Сейчас вокруг нее — это мы от нашего дезертира успели выяснить — всего лишь ограждения из колючей проволоки между вышек натянуты. Три линии. Недельки через две возведут бетонные стены, дополнительно укрепят периметр — и все. Не подберешься. Разве что с помощью тяжелой военной техники. Коей мы, естественно, не располагаем…
Ойуун, не сводя глаз с чайника, забрал в горсть свою косицу, принялся перебирать ее в пальцах. У меня такое впечатление создалось, что он вовсе не с нами говорил, а так… размышлял вслух.
— Дороги перекрыты, подступы к Сухому лесу контролируются. Вокруг Белого озера разведгруппы то и дело маячат. По самому озеру на лодках шныряют. Неважная диспозиция… А самое паскудное — людей в Монастырь не стянуть, то есть базы мы лишены… Не стянуть, да. Если только через Тропу духов. Так ведь всех за раз не получится, и маршруты прокладывать придется. А главное: травки у меня на исходе, на два-три путешествия только осталось. И до весны теперь пополнить запасы не удастся… Кто ж знал, что такие времена наступят, когда придется Тропой духов ходить чаще, чем человеческими путями… А если поодиночке людей собирать, это долго очень. Да и опасно. Пока всех стянем, недели две пройдет, не меньше. К тому времени они оборону укрепят, как полагается… Чего доброго, еще и минные заграждения организуют, с них станется. Уж очень оперативно работают… Стараются… А людей не стянуть — вот главная проблема. Нет людей. Три ЛОПСа да один ратник — маловато для такой операции…
— А как же мы? — поинтересовался я.
Однако очнулся от своих раздумий, обернулся, сфокусировал на мне прояснившийся взгляд:
— Что — вы?
— Почему нас в расчет не берете? Дега да я, — принялся я загибать пальцы. — Егорша, Иринка, остальные… Всего девятеро. Стволы в Монастыре есть, мне Дега уже раззвонил, он тут все помещения облазил, и запертые, и незапертые… в рамках практических занятий. Пистолеты, автоматы, гранаты… Три лобстера, один ратник, девятеро… почти ратников. Вооруженных, между прочим. Уже сила!
— Да какие вы ратники! — жестковато ответил Однако. — Заготовки…
Это было обидно. Даже Дега, который, в то время пока я говорил, отчаянной пантомимой показывавший мне, насколько ему не по душе перспектива участвовать в штурме военной базы, оскорбленно вскинулся.
— Ничего себе заготовки!.. — тявкнул он.
— Ничего себе заготовки! — подхватил я. — Мы порченых голыми руками мочим! А уж если мы стволы в руки возьмем!..
— Порченые — безмозглые кровожадные манекены, — отмахнулся Однако. — Ума и навыков много не нужно, чтобы их уничтожать.
— А солдаперы — прямо-таки все как один машины для убийств!
— Сказочные богатыри, могучие телом и духом! — ухмыльнулся Дега, указывая на тщедушного сержантика, который, покончив с луковицей, урча, опустошал ведерко с картофельными очистками. — Да я этого чудика соплей перешибу!
— Взвод таких вот чудиков под командованием грамотного офицера перещелкает вас, как пригоршню семечек, — сказал ойуун. — А если принять во внимание позиционное преимущество, вышки, ограждения, многократный численный перевес… Да о чем с вами толковать?.. — Он снова махнул рукой.
Дверь из трапезной отворилась, Семион Семионович шагнул на кухню.
— Умник, Дега, — по обыкновению сухо выговорил он. — Отведите сержанта в лазарет.
— А мы, между прочим, к психам в провожатые не нанимались, — подбоченился мой кореш. — Тут такие дела решаются, а нас с Умником, получается, побоку? Ладно бы новичков каких-нибудь к вашему совещанию не допускали, это понятно, зелены еще, ни одного испытания не прошли. А мы? Сам он дошкандыбает. Вон тетя Зина его проводит…
