Первые партии мыла я, конечно же, раздал своим людям. Сначала они смотрели на эти невзрачные куски с недоверием. Но когда попробовали… О, это надо было видеть! Их восторгу не было предела! Они мылись сами, мыли своих детей, даже пытались стирать им свою заношенную одежду. И, что самое интересное, я заметил, что общее самочувствие людей как-то улучшилось. Меньше стало чесотки, каких-то кожных болячек. И тут меня осенило! В моем Роду были простенькие заклинания, связанные с очищением и заживлением мелких ран. И я, сам того не понимая, когда «конструировал» это мыло, добавлял в него травы, «контролировал» процесс варки, похоже, неосознанно «вплел» в него остатки этих целительских «программ»! Мыло очищало и еле-еле, но лечило!
Вот это да! Да я же гений! Случайный, конечно, но гений!
Это «магическое мыло» (как я его тут же прозвал про себя) обещало стать ходовым товаром, настоящим хитом продаж! В этом мире, где мыла нет, а мыло, которое еще и лечит — вообще из области фантастики, за него могли бы отвалить кругленькую сумму. Либо я совсем ничего не понимаю в экономике.
С улучшением инструментов все было немного сложнее, но тоже решаемо. Я отправился в нашу родовую кузницу, где дед Михей, ворча себе под нос, уже корпел над «осколком» для проклятого меча.
— Дед, — обратился я к нему, стараясь говорить как можно уважительнее (старики этого любят). — А ты можешь сделать мотыгу… немного другую?
Он посмотрел на меня так, будто я предложил ему выковать летающий ковер.
— А эта чем плоха, ваше благородие? — проскрипел он. — Испокон веков такими пашем.
— Да пахать-то пашем, — вздохнул я. — Только спина потом отваливается. А если сделать лезвие вот под таким углом, — я начертил на пыльном полу эскиз, — а рукоятку — вот такой формы, чтобы в руке удобнее лежала, и сбалансировать ее получше… то и работать будет легче.
А главное производительность повысится.
Дед Михей сначала отнесся к моим «новаторским» идеям с большим недоверием. Ворчал, что «маленькие мишки учат старого медведя», что «деды наши не дурнее были». Я был настойчив. Я объяснял ему основы эргономики (конечно, не используя таких умных слов), показывал на себе, как будет удобнее работать «улучшенным» инструментом. И, в конце концов, он сдался. То ли из уважения к «барону», то ли из простого любопытства.
И когда он, покряхтев и поворчав, выковал первую «улучшенную» мотыгу по моему «чертежу», и сам же попробовал ею поработать, на его морщинистом лице отразилось неподдельное удивление.
— А ведь и вправду… — пробормотал он, вытирая пот. — Легче идет… И спина не так ноет… Ишь ты… А я-то думал…
После этого дело пошло на лад. Мы «модернизировали» лопаты, серпы, даже топоры. Ничего сверхъестественного — просто немного изменили форму, угол заточки, балансировку. Зато эффект был заметен сразу. Мои «ополченцы» были в восторге.
Из донесений мальчишек было ясно, что Волконский собирает всю силу в кулак. Казалось бы, надо и мне заниматься этим. Вот только зачем? Во-первых, я ничего не сделаю сотней вчерашних крестьян против тысячи воинов. Да и маги у них теперь будут на чеку. Ну, убью в засадах и ловушках сотни три. И что? Только людей потеряю. Когда появилась Вероника, я мысленно согласился на ее предложение. Теперь дело оставалось за малым — купить ее услуги и ее наемников (те же мальчишки на рассвете сообщили, что на границе наших владений стоит около двух тысяч воинов Шуйских). Я не знаю, какие мотивы у Шуйских, они вполне могли бы сами захватить мою землю, но видимо, там какая-то высокая политика. Может нельзя так в империи делать? Тогда почему Волконские себе это позволяют? В общем, пока не ясны мотивы Шуйских.
В-вторых, у меня было крутое преимущество перед местными — понимание магии (с учетом знаний законов механики). И этим преимуществом надо было пользоваться на всю катушку. Но для начала, заключить союз с Шуйскими, отбиться от Волконских. А заодно и поднять экономику, чтобы обрести какую-никакую финансовую независимость.
Когда у нас появились первые образцы «чудо-минерала», «магического мыла» и «улучшенных инструментов», я понял, что пора выходить на «рынок». В ожидании неминуемого конфликта с Волконским, в нашу округу уже начали стекаться разные предприимчивые личности — купцы, торговцы, перекупщики. Эдакие стервятники, которые надеялись поживиться на чужом горе, скупая за бесценок трофеи, оружие, доспехи, а может, и рабов, если повезет. Что самое обидно, их пропускали и Шуйские, и Волконские. Но для меня они были не стервятниками, а первыми потенциальными клиентами.
Я отправил Борисыча с несколькими самыми толковыми ребятами на ближайший нейтральный рынок. С образцами нашего «товара». И с четкими инструкциями — не продешевить, но и не задирать цену до небес. Главное — показать, что Род Рокотовых еще жив и способен производить что-то ценное.
