— Да, и это было чудом и для меня. — Он дернулся и преодолел расстояние между нами.
Стоило этому случиться, как его глаза преобразились в сапфиры, и я в который раз была готова смотреть в них вечно.
— Рядом с тобой я все вижу, и знаешь что… — Он улыбнулся уголками губ, скользя взглядом по моему лицу.
— Что? — смутилась от столь проникновенного голоса.
— Не ожидал, что ты такая милая. Готов даже взять обратно слова про эльфиек.
Я почувствовала, как между нами натянулась струна и грозила вот-вот лопнуть. Похлопала глазками, пытаясь осознать суть сказанного, оценила, как мы с ним сейчас выглядим со стороны, и рассмеялась в голос.
— Лучше поздно, чем никогда, — хлопнула его по плечу, успокаиваясь. — Но извини, друг мой эльфийский, рука моя отдана человеку.
— А сердце? — наигранно весело спросил он.
— И сердце тоже, — выдержав паузу, ответила, улыбнувшись. Я была ему благодарна, что он принял игру и все перевел в шутку, ведь сердце предательски сжалось и — чего таить — обрадовалось его словам.
Сейчас было трудно что-то решать, но если честно, я просто испугалась. К чему все эти слова, когда и так ясен конец этого путешествия.
— Кхм, — прочистила горло, когда наступило неловкое молчание. — Так что мне необходимо сделать? Если ты не смог сердце расколоть клинками, как это сделать мне? — Лучше со всем этим покончить сейчас, а то чем дольше тянем, тем больнее становится моему сердцу.
— Все очень просто, — ответил он, продолжая смотреть мне в глаза, а поняв, что от его взгляда мне неловко, спрятал клинки в ножны и развернул меня к камню. — Направь свою безусловную магию в сердце Фэйла. Эта магия твоя и принадлежит только тебе, поэтому противостоять ей мироздание не сможет, — прошептал он мне на ухо, как будто это был большой секрет.
— И это поможет мне вернуться домой? — прошептала, ощущая его теплое дыхание на своей щеке. После его слов о том, что я его привлекаю, стало трудно находиться рядом с ним.
— Как только сердце расколется, все условия будут сняты, Адель. На этом месте пройдет грань между мирами, и тебе останется только выбрать свой.
— Но ведь все не может быть так просто? — спросила, чувствуя подвох.
— Да, — ответил он и отстранился, делая несколько шагов назад. Сразу почувствовала себя беззащитной. — У тебя будет мало времени на то, чтобы призвать все четыре стихии для удара, а затем отыскать вход в свой мир.
— Но это нереально, — резко развернулась к нему.
— Как только ты коснешься ключей, покажутся аспы. Другого выхода у нас нет.
— А ты? Они же тебя растерзают.
— Поэтому поторопись, — усмехнулся он.
Я же не видела в этом ничего забавного.
— Я не смогу.
— Сможешь! — строго заявил он и вытащил клинки. — Я буду тебя защищать столько, сколько потребуется, но ты обязана вернуться в свой мир, чтобы избавить меня от обещания. Да и все изменится, как только мироздание перестанет существовать, и мы будем сами себе хозяева. Соберись, Адель!
Вздрогнув, посмотрела на него со страхом. Меня мелко потряхивало. Я боялась, что у меня ничего не получится, ведь только магия земли мне давалась хоть как-то. Как быть с другими?
— Ты сможешь, — повторил Андри уже спокойно, и я неуверенно кивнула и повернулась к камню, а если сказать точнее — к сердцу Фэйла.
Оно, почувствовав неладное, запульсировало пентаграммами еще ярче, распространяя волны тепла. Чувствует, тварь, что конец близок.
Меня вдруг так разозлил этот камень, что выкинула все мысли из головы и прислушалась к себе, выискивая знакомое чувство покалывания.
Первой вспыхнула алая пентаграмма, что немного удивило меня, ведь вызвать огонь было самое сложное, но, видимо, чувство злости сыграло здесь свою роль. В ту же секунду со всех сторон послышался рев и вой, заставляя дернуться и чуть не упустить чувство силы от стихии огня.
— Не останавливайся, Адель! — Требовательный возглас Андри помог взять себя в руки.
Наведя пентаграмму на сердце этого жестокого мира, пожелала оставить свой след, как он оставил его у меня в душе. Пентаграмма, впервые за все это время, отделилась от моих пальцев и впиталась в камень. Красный рисунок, что пульсировал на нем, погас, а белое сияние из трещин засияло еще сильнее.
Заставляя себя не оглядываться на звуки рычания, скулежа и на крик Андри, вновь прислушалась к себе и смогла достучаться до воздуха. Именно с него все и началось, с беспорядка в комнате таверны. Тогда я второй раз встретилась с Андри, и в тот день начался наш поход. Но, несмотря на многочисленные раны, убийства и моральное истощение, я испытала много положительных эмоций и готова взять слова обратно, что проклинаю тот день, когда согласилась пойти на вечеринку с подругой. Ведь если бы не пошла, я бы не встретила эльфа, чьи глаза — чистые сапфиры, в которые можно смотреть вечно.
