Бен криво ухмыльнулся и расплел руки, преградил мне путь. Я застыла, не решаясь посмотреть на него — уставилась на его вытянутую руку. Когда он успел так близко подобраться? Играл, как кот с мышкой — с глупой, наивной мышкой, возомнившей себя сильной и крутой хищницей.
— Пусть не сестра, — согласился он, кивнув, — но кто-то задумал избавиться от тебя. И бесполезно упираться, Эшли — я нашел тому доказательство.
— Где оно? — я цедила слова, чтобы не заорать. Между нами воздух плавился, от напряжения ломило кости, и кожа пыталась уползти. Я едва стояла перед ним — сжимала и разжимала кулаки, боролась с желанием наброситься с объятиями или ударить наотмашь. Мои чувства всегда балансировали на этой тонкой грани.
— Мы его сожгли, — сказал Бен, прожигая меня тяжелым взглядом. Он опустил руку, но я не сдвинулась с места. Мне не хотелось уходить. Я не могла уйти — слишком сильна была тяга к нему. — Можешь поинтересоваться за ужином у Мишель.
— А, может, это ты сам? — вновь проснулась во мне дерзость. Из глубин тела поднимался страх, и я смотрела на Бена слегка расширенными глазами. Он вскинул головой и погасил мой пыл одним этим жестом. И как же побороть его власть надо мной?! Я проваливалась в ледяную глубокую синеву его глаз и таяла, истончалась, как сгорающий лист бумаги. Кулон боязливо вздрогнул, напомнил о себе, и сила потекла по венам, витым золотым узором разлилась под кожей. Я сжала руку в кулак и упрямо вздернула подбородком.
Бен озадаченно усмехнулся, склонил любопытно голову. Я залилась внезапно краской, дыхание сорвалось…. От него пахнуло силой и гарью, на прикроватной тумбе с электрическим треском загорелась настольная лампа, пугающе заморгала. Я почти повернулась посмотреть, но вовремя одумалась — Бена нельзя упускать из виду.
— За какими ехиднами мне сдалась твоя смерть!? — прошипел он, нависая надо мной. — Зачем я тогда бы остался здесь, Эшли?
— Дождаться и добить меня, раз с проклятием не вышло.
— Неужели, — он покачал головой, поглядев в сторону. Заметив, что дверь в спальню открыта, силой мысли закрыл ее — она с грохотом захлопнулась, аж стены колыхнулись. Я вздрогнула. Еще мгновение Бен размышлял, и вдруг на его губах мелькнула удивленная улыбка. Он снова взглянул мне в глаза, и я едва устояла на ногах. Удушливый запах гари, в грудь ударило кулаком ощущение тревоги, а сердце, спотыкаясь, устремилось в пятки. Легкие сжимались, дышать стало больно, и предательски щипало глаза. Утерев тыльной стороной ладони испарину, проступившую на лбу, я смерила Бена стальным взглядом, который должен был бы осадить его, но только раззадорил.
Я скользнула к дивану, но он опередил меня, размытой серой дымкой преградив путь. Я проглотила вскрик, посмотрев в его потемневшие глаза. Он улыбнулся почти ласково, но стало дико страшно, захотелось ущипнуть себя, чтобы проснуться. Хотя я прекрасно понимала, что это никакой не сон! Бен действительно пытался схватить меня!
Пробудились забытые страхи, но отчего-то мне не захотелось забиться в угол и обнять себя за плечи. Я стиснула зубы и толкнула его с прохода, ударив ладонью в грудь. Бена отбросило к стене, но не успела я сдвинуться с места, как он вновь стоял передо мной, и улыбка походила на оскал.
— Что тебе нужно? — ледяным тоном спросила я и выставила руку. Золотые нити опутывали ее узорами, подсвечивая изнутри кожу.
Бен нахмурился, изобразил недоумение, пытливо вглядываясь в мое лицо.
— Ты изменилась, Эшли. Как прикажешь реагировать?
В его голосе прозвучала некоторая резкость — я уловила нотки гнева, ревности, боли, жестокости. Страх жег горло, стоять перед ним было невыносимо. Все, чего я хотела — упасть в его объятия, обернуться его телом. От отчаянного, непреодолимого желания к глазам подступили слезы. Похоже, Бен на расстоянии чувствовал все, что со мной происходило в Хайенвилле. Он знал о Стюарте, и щит его не остановил. Что ж, сегодня мы выяснили две вещи: Бену было крайне неприятно делить меня с другим мужчиной, и никакие ментальные заслоны не отсекали его от меня.
— К тебе это никак не относится, — изумившись неожиданным выводам, прошептала я и подняла на него глаза. В них искрился гнев. — Я до сих пор воняю кровью, Бен! Чужой кровью!
— Ты кого-то убила? — с иронией спросил он и сложил руки на груди.
— Нет, — проронила я и вдруг поняла, что начинаю успокаиваться.
Бен заметил и подался вперед, магия хлынула из меня и рванула в него. Бена отшвырнуло к стене, но он сумел устоять на ногах.
— Прости, — пробормотала я и ударила снова. Непроизвольно. На этот раз его перебросило через кресло, и он по стене скатился на пол. Я выпрямилась, глубоко вдохнула и ощутила, как сила расходится от меня кругами. Глаза заливало черное пламя, воздух вибрировал и переливался. Я кое-что приобрела в вампирских краях, и не сказать, что сильно радовалась этому. Моя мощь нарастала с приливом злости, но я не могла успокоиться. От вскипевшей ярости стянуло плечи, заныли мышцы рук — я отступила к стене, силясь прекратить это безумие. Но Бен воспринял происходящее по-своему.
