— Неужто владыка племени был настолько уязвлен, что послал тебя ловить беглую капу?!
— Что?!
Мио с неподдельным удивлением посмотрел на нее, не сразу поняв, о чем она говорит. Однако когда наконец до него дошел смысл ее слов, он не удержался и презрительно фыркнул:
— Не обольщайся, я всего лишь объезжал границы и наша встреча совершенно случайна. Хотя если бы не она, кое-кто уже предстал бы перед Древними.
Она в ответ лишь отвела в сторону глаза и, помедлив, попыталась подняться, но еле слышно вскрикнув, была вынуждена снова опуститься на пол пещеры. Мио было снова попытался продолжить свой осмотр, но едва он протянул к ней лапы, как она угрожающе зарычала:
— Эй, я всего лишь хочу осмотреть твои раны.
— Обойдусь, — проворчала она сквозь стиснутые то ли от боли, то ли от злости зубы и снова попыталась встать.
На этот раз она была готова к боли и смогла хоть и медленно встать. Сильно прихрамывая на правую лапу, она подошла к провалу в стене, откуда на нее пахнуло порывом невыносимо горячего ветра все еще неослабевающей бури, так что она поневоле отшатнулась прочь. Помедлив мгновение и бросив на наблюдавшего за ее движениями Мио короткий взгляд, она перешла к противоположному краю пещеры и устало опустилась на пол.
Мио тоже опустился на пол, и какое-то время они сохраняли полное безмолвие, лишь молча наблюдая друг за другом. Наконец юный лев почувствовал голод и, не произнося ни слова, поднялся и под пронзительным взглядом молодой львицы вернулся к своему безмолвному. Отстегнув от него одну из походных сумок, он вернулся назад. Там он достал из мешка кусок сушеной лапки гаула и прянул ее, предлагая строптивой красавице, но она лишь наградила его презрительным взглядом и отвернулась. Мио же просто положил еду рядом с ней, несмотря на ее недовольное ворчание при его приближении. После чего вернулся на свою сторону пещеры и занялся трапезой.
Покончив с едой, он положил мешок себе под голову и растянулся на полу пещеры, прикрыв глаза и собираясь спать. Когда молодая львица услышала его ровное дыхание, она робко потянулась к оставленной им для нее еде. Какое-то время она колебалась, занеся свою лапу над едой, но похоже, голод в конце концов поборол ее гордость, и она с жадностью съела ее, не оставив ни единой крошки.
Так потянулось время их невольного совместного заключения в плену у беснующейся за стенами их совместного укрытия бури. Какое-то время они провели молча, но вот Мио снова предпринял попытку заговорить с ней.
— Итак, ты знаешь, почему я тут? Может, теперь сама расскажешь, как тут оказалась?
Она упрямо промолчала. Не дождавшись ответа Мио, ни на что не рассчитывая, задал новый вопрос:
— Ну ладно, не хочешь говорить, не надо, но хотя бы имя-то ты свое можешь сказать или это тоже страшная тайна?
И снова тишина была ему ответом, но вот когда он уже решил, что ответа он так и не услышит и отвернулся в сторону, она тихо произнесла:
— Лика, а оказалась я здесь, потому что хотела вернуться в свое родное логово.
— В твое логово?!
— Представь себе, даже у меня оно есть, ну или по крайней мере было.
Окончание фразы она произнесла с каким-то сомнением и понизила голос почти до шепота:
— И где же оно?
— За этими скалами.
Мио удивленно посмотрел на нее. Он ни разу не слышал о племени львов, граничащих с их территорией. Однако он так ничего и не сказал, между тем буря стала стихать, и вот появились первые робкие лучи солнечного лика, осветившего своим сиянием земную твердь. Вместе они смогли покинуть свое совместное убежище и осмотреться. Все вокруг еще дышало сильным жаром, от земли шел едва заметный дым, пейзаж вокруг приобрел унылый пепельный цвет. Все, что могло сгореть в дыхании бури, превратилось в прах. Глядя вокруг, было почти невозможно представить, что совсем недавно здесь было что-то живое. Главное, что как только ветра уйдут, этот край снова наполнится жизнью, полностью возродившись. Однако долго размышлять об этом не было времени, нужно спешить, пока снова не разразилась новая буря.
Мио посмотрел на свою спутницу. Поймав на себе его задумчивый взгляд, она недовольно нахмурилась.
— Что такое?
Ее голос звучал грубо, но за время, что они провели вместе, кажется, Мио уже привык к этому.
— Как далеко находится твое родное логово?
Лика вдруг неожиданно смутилась, словно ожидала другого вопроса и, посмотрев в сторону, произнесла:
— Недалеко, наверное.
— Наверное?!
— Это зависит от того, на чем туда добираться, неужели не ясно?! — произнесла она раздраженно, словно сердясь на недогадливость юного льва.
Прихрамывая, она отошла чуть в сторону и снова стала вглядываться куда-то вдаль. Между тем Мио старался решить, что ему теперь делать. Его первостепенный долг — воссоединиться со своим отрядом и как можно скорее вернуться в свое логово, но при этом он всей душой хотел помочь такой невыносимо строптивой, но при этом казавшейся ему такой беззащитной львице. Тяжело вздохнув, он вывел своего безмолвного и подвел его к Лике.
— Садись, поедем в твое логово.
— Что?!
— У тебя вдруг стало плохо со слухом, — ехидно произнес он, пародируя ее стиль речи.
