— Никаких «но», а сейчас тебе пора, не хотелось, чтобы наш общий знакомый вдруг решил невесть что на наш с тобой счет. Как по мне, и так с головой хватает всяких нелепейших недоразумений во всей этой истории.
Тики встала со своего места и медленно подошла к двери. Только оказавшись за ней, она посмотрела на Мио и, одарив его благодарным взглядом, тихо закрыла ее за собой, а юный лев еще долго сидел на краю ложа, обдумывая все произошедшее. А между тем юная гиена вернулась в спальню, где безмятежно спал ее возлюбленный, к счастью, так и не заметивший, что она его покидала. Быстро убрав кошель в один из своих ларей с вещами и скинув с себя одежду, она юркнула к нему под покрывало.
Он тревожно заворочался, но, почувствовав ее рядом, сонно прижался к ней и снова затих, а она долгое время лежала без сна, чувствуя горячее дыхание енота на своей шкурке и не веря в реальность всего произошедшего с ней. Впервые, пожалуй, с тех пор, как ее силой вырвали из ее привычного мира, уничтожив всех, кто ей когда-либо был дорог и заставив исполнять прихоти тех, кто платил ее хозяину за обладание ее телом, она чувствовала себя настолько счастливой и свободной, словно с нее внезапно спали невидимые оковы, мешающие все это время свободно дышать.
***
Этот долгий путь наконец подошел к своему финалу. Снова перед юным львом был проход, походивший на пасть неведомого существа. Оставив своего безмолвного в небольшом укрытии, найденным Мио незадолго до приближения к этому священному месту, он, слегка поколебавшись, решил все-таки следовать обычаю. Несмотря даже на то, что он уже знал, что это место давно осквернено, но все же он опустился на колени и тихо произнес воззвание к Древним с мольбой позволить ему войти и обрести свой именной кристалл. Замолчав, он, как и в прошлый раз, замер, ожидая знака от повелителей этого места, знака, который бы означал, что ему позволено войти.
Минуты шли за минутами, но его окружала лишь звенящая тишина. И вдруг до его слуха донесся звук чьих-то шагов. От этого звука по его спине пробежал холодок, в голове вихрем пронеслись воспоминания о его первой встрече с химерами. Похоже, несмотря на его расчеты, они все-таки остались тут. Помня о том, чем закончилась тогда его встреча, и точно не желая повторения горестного опыта, он не стал медлить. Быстро поднявшись на лапы, он поспешно отступил от ведущей в тоннель тропы и, взобравшись на небольшой склон, затаился там, спрятавшись среди россыпи торчащих на поверхности склона камней. Он замер, а шаги становились все отчетливее, и вот из тоннеля показалась фигура. Еще несколько мгновений и она полностью вышла из тени прохода и оказалась на залитом закатными лучами солнца пространстве. Мио почувствовал, как на его глаза опускается алая пелена ярости, подобной которой он еще никогда не испытывал за всю свою жизнь.
Дождавшись подходящего мгновения, когда тот, кого он уж точно никак не ожидал здесь увидеть, оказался почти под ним, он, сделав гигантский прыжок, с яростным ревом выхватил свой клинок и обрушился на голову вышедшего из тоннеля, в котором он узнал своего старшего брата Рау. Его яростная атака была для того полной неожиданностью, так что Мио без особого труда смог свалить его на землю, навалившись сверху. Однако замешательство оказалось мгновенным — вывернувшись, тот отшвырнул его прочь и выхватил уже свой клинок. Мгновение и их клинки сплелись в смертельном танце под яростный рев обоих противников.
— Грязный предатель! Смотрю, зализал раны так, что и следов не осталось! — прорычал Мио, когда они после очередного выпада оказались почти нос к носу друг с другом. — Но ничего, это дело поправимое, теперь тебе уже никто из твоих прихвостней не поможет.
Его тирада заставила шерсть на загривке Рау подняться дыбом, а в его глазах полыхнуло недоброе пламя.
— Что, решил выслужиться, братец? Да вот только, чтобы с тобой расправиться, мне никто и не нужен. Ты пожалеешь, что решил явиться сюда за моей шкурой, клянусь Древними!
— Да неужто, а там в укрытии предводителя химер ты как-то не очень смелым был. Пищал как загнанный безмолвный, когда я кромсал твою поганую морду!
Рау с ревом сумел отшвырнуть Мио от себя. Тот, перекувыркнувшись через голову, снова вскочил на лапы, и оба льва стали кружить друг напротив друга, рыча и выискивая момент, чтобы снова вцепиться друг в друга. И вот, выбрав момент, они снова бросились, каждый намереваясь нанести последний для своего противника удар, но неожиданно их клинки налетели на какой-то чужой, и тут же раздался голос, в котором Мио узнал голос одного из старших львов из числа боевых отрядов их племени, когда-то обучавшего его и брата искусству боя.
— Прекратите оба, неужели вы не видите, что действуете во благо нашего общего врага? Ему только и осталось добиться, чтобы вы перегрызли друг другу глотки.
