Беззаботные годы полностью

– Но если придется изображать очень старых людей, тебе все равно понадобится парик, только белый, – сказала Полли, но Луиза возразила, что единственный старик, которого ей хочется сыграть (кстати, не изображать, а играть), – это Лир, – а в вопросе о раздаче женщинам приличных шекспировских ролей справедливость еще не восторжествовала.

– Пожалуй, я начну с Гамлета, – решила она.

– Не понимаю, почему бы тебе не быть просто Розалиндой. Или Виолой. Обе одеваются в мужское.

– Но под одеждой они женщины. В том-то и суть. А я надену эластичный бинт – другие всегда жульничают. Знаешь, Полли, тебе все-таки пора бы уже решить, чем ты займешься в жизни – ты уже слишком взрослая, чтобы этого не знать.

– Это-то я знаю. Пожалуй, я не прочь выйти за кого-нибудь замуж, – подумав, ответила она.

– Но это же убожество! Замуж выходят все! Это еще ничего не значит, ни то ни се!

– Я знала, что ты так и скажешь.

Теперь Луиза в любую минуту могла начать забрасывать ее жуткими советами. Она делала это так часто, что Полли уже думала, что скоро у нее иссякнут идеи, но идеи не заканчивались.

– А если торговать рыбой? Будешь носить длинный передник и симпатичную соломенную шляпку.

– Только не это. Кровь из рыбы брызжет всегда так неожиданно и противно.

– У тебя хорошо получалось бы раскладывать товар на прилавке.

– Получалось бы, только не с рыбинами.

– Не будь такой брезгливой, Полли. А то от тебя вообще ни в чем не будет толку. Вот мне, к примеру, придется и резать людей ножом, и душить их, и в обмороке падать с лестниц.

– Если не прекратишь, я лучше почитаю.

– Ладно, больше не буду. Пойдем разыщем Тедди и Саймона, поиграем в монополию.

Но в классной комнате они обнаружили, что у Тедди и Саймона в самом разгаре игра, которая, судя по всему, должна была закончиться еще не скоро.

– В следующую вас примем, – сказали мальчики, но обещание было пустым: скорее всего, их погонят спать еще до того, как они закончат эту партию.

– Можете посидеть здесь, только не болтайте, – добавили они, и девочки, конечно, убежали за своими подносами с ужином и вернулись с ними в классную. Пытаясь захлопнуть дверь, Луиза пролила свое молоко.

– Вот бы здесь был Помпей! Он обожает пролитое молоко, гораздо больше, чем из блюдца. – Они вытерли лужицу полотенцем для лица, а потом Полли любезно предложила сходить и попросить еще молока.

– Только пусть нальют в кружку. Ненавижу молоко в стакане, там оно как вода.

После ужина они улеглись в постели, Полли взялась за вязание, которое начала еще в рождественские каникулы, – толстый нежно-розовый джемпер, а Луиза открыла «Большой-большой мир» и вскоре уже всхлипывала и вытирала глаза простыней.

– Все, что имеет отношение к Богу, кажется таким грустным, – сказала она.

Полли отложила свитер, успев провязать почти целый дюйм, и начала читать «Коричневую книгу сказок», потому что не читать неинтересно, когда другие читают. Она включила свет, и сразу налетели мотыльки – мелкие суматошные и толстые, тяжело бьющиеся об абажур.

Войдя в спальню, Вилли и Сибил в унисон спросили, где Клэри.

Полли ответила:

– Не знаю.

– Мы про нее даже не вспоминали, – поддержала Луиза, и обе поняли, что неприятностей не избежать. После расспросов Вилли и Сибил ушли на поиски. Потом заглянула тетя Рейчел с тем же вопросом о Клэри.

– Тетя Рейч, мы не знаем, честное слово. Ужинать в классную она не приходила. Мы оставили ей воду в ванной, – Луиза старалась, чтобы голос звучал по-доброму, но ничего не получалось, потому что никакой доброты в нем не было. Тетя Рейчел сразу же вышла из комнаты, и девочки услышали, как она переговаривается с их матерями. Они переглянулись.

– Но ведь мы же не виноваты!

– Нет, виноваты, – возразила Полли. – Мы же не взяли ее с нами после чая.

– Черт! Плохо то, что из-за нее я чувствую себя ужасно, и поэтому не люблю ее. Совсем.

Помолчав, Полли отозвалась:

– Это не из-за нее тебе так ужасно, а из-за того, как мы с ней поступили. Надо будет нам… – Но тут вошла Вилли, и она умолкла.

– А теперь послушайте обе: прекратите объединяться против Клэри. Понравилось бы вам, если бы она и еще кто-нибудь поступили так же по отношению к одной из вас?

– Мы правда не объединялись… – начала Луиза, но Полли перебила:

– Мы больше не будем, честное слово.

Но тетя Вилли как будто не слышала ее и продолжала:

– Луиза, твоя вина тяжелее, потому что ты старше! – Она разложила койку для Клэри и открыла ее довольно потрепанный чемодан. – Могли хотя бы помочь ей разложить вещи!

– Полли столько же лет, сколько и Клэри, а я ей с вещами не помогаю.

Вошла тетя Сибил с сообщением:

– Ее нигде нет. Рейчел пытается разузнать на кухне, но, по-моему, пора сообщить Руперту.

– Нам сходить поискать ее, тетя Сиб?

Но мать Луизы мгновенно откликнулась:

– Ни в коем случае! Вы разберете ее чемодан, аккуратно разложите вещи, и кто-нибудь из вас сходит за ее ужином в классную. Я очень недовольна тобой, Луиза.

– Извини. Мне правда очень жаль, – Луиза бросилась к чемодану и принялась вынимать одежду Клэри.