И мир взорвался звуками сражения, которые на миг оглушили ее. Громкая какофония криков, воплей и звуков разрезаемой плоти смешалась с запахом магии огня. Железо и жар.
Поджав ноги к животу, Надя оттолкнула Стервятницу, отчего та врезалась в монастырскую стену. Если Стервятники нападут на монахов, живым не выберется никто. Так что ей предстояло удерживать внимание чудовищ на себе. Вот только она не представляла, где находились еще двое.
И оставалось лишь надеяться, что Малахия сражается с ними, а не рассказывает им о том, что у Нади есть реликвия, способная причинить реальный вред.
Осталось только понять, как обуздать силы этой реликвии. Потому что она оказалась слишком переменчивой и непохожей на все, с чем Наде приходилось иметь дело раньше. Эта сила не хотела подчиняться ее воле, а скорее просто проходила сквозь нее. Она шагнула вперед, и земля под ней взорвалась. Часть камней полетела в Стервятницу, а другая полетела в находившегося рядом монаха.
Но она не стала тратить время на извинения, потому что тут же пришлось уворачиваться от железных когтей, нацеленных ей в грудь. Из глаз Стервятницы лилась кровь, окрашивая челюсти и зубы в алые тона.
И у Нади закралось не самое приятное предположение, откуда взялись эти челюсти. Она ударила ногой Стервятницу по голове, ломая ей шею. Но физический вред ей был не страшен. Она видела, как Малахия проткнул когтями Стервятника, и тот отступил, будто ничего не почувствовал.
Проклятая магия. И оставалось надеяться, что она же поможет остановить это чудовище.
Малахия никогда не рассказывал, как убил своего предшественника на посту Черного Стервятника, чтобы взойти на трон. Он никогда не выдаст ей этой тайны, никогда не расскажет, как его сородичи могли умереть, пережив при изменении те ужасы, что творили с их телами. Но ее ворьен, вырезанный из кости, смог причинить боль Малахии, а значит, и силы, хранившиеся в саване, способны на это. Огненная мощь реликвии тут же забурлила в ее теле. Стремясь успокоить эту бурю, Надя отскочила от Стервятницы и выпустила брызги белого пламени в группу приближающихся транавийских солдат. Божественная сила успокоилась, вновь давая почувствовать Наде нить темной магии, за которую она тут же ухватилась.
Мир залило белым светом, а перед глазами все затуманилось. Она ощущала магию, таившуюся в окровавленных руках Стервятницы, когда та потянулась к ее горлу своими когтями. Светлые волосы Стервятницы поблескивали в свете очагов пламени, все еще горевших на земле.
Боги считались древними и непостижимыми существами. Но среди них встречались и те, кого воспринимали более старшим поколением. Вот только мог ли мозг смертного постичь эту разницу среди существ, живущих вечно? Наде предстояло еще многое узнать о богах, которые одарили ее своим благословением и повели по этому дремучему и страшному пути.
Саван сохранил волю погибшей клирички, но в нем чувствовалось что-то еще, нечто большее. И именно за это ухватилась Надя, ощущая, как время замедляется.
Она поступила вопреки желаниям богов. И мир остановился.
Надя отступила на шаг, стараясь восстановить дыхание. Все вокруг замерли. Она подняла руку и коснулась савана, обернутого вокруг головы. Это совсем не походило на божественные силы. А ощущалось как нечто более насыщенное. Да, это все еще оставалась божественная сила, которую даровали смертному. Ровно столько, сколько сможет принять его хрупкое тело. Но при этом гораздо, гораздо больше, чем одаривали любого из людей в один момент. И все это заключалось в куске ткани, принадлежащем мертвой клиричке.
Сколько реликвий обладало подобной силой? И что Надя могла сотворить, используя ее в таком объеме?
Она разрасталась внутри ее, отчего ее кожа начала светиться изнутри. Наверное, это вполне могло уничтожить Надю. Пронзить ее насквозь и разорвать на куски. Жар, пламя и гнев так сильно пронизывали ее, что стали сутью души.
Разве можно выжить после такого? Сконцентрировавшись, Надя вытолкнула силу из своего тела. И магия опалила все вокруг нее огненной волной. Она тут же охватила Стервятницу. Но, в отличие от прошлого раза, это пламя оказалось не так легко сбить. Поэтому через пару мгновений перед Надей осталась лишь куча обугленных костей.
От увиденной картины рот Нади наполнился желчью с медным привкусом, а через мгновение ее вырвало. Отвернувшись, она вытерла рот тыльной стороной ладони и тут же услышала звуки сражения. Но они звучали тише и менее беспорядочно. Словно монахам удалось отбить транавийцев.
Но их все еще оставалось семь или восемь, хотя, судя по горсткам пепла и костей, огненная волна поразила не только Стервятницу. Надя прижала ладонь ко рту, ощущая невыразимый ужас. Вряд ли магия поразила только транавийцев, скорее всего, на земле лежали и останки калязинцев.
В одно мгновение она уничтожила множество людей.
Надя отступила на шаг назад. Оставшиеся транавийцы бросали на землю свои книги заклинаний. Двое монахов отрывали рукава их плащей. И она явно ощущала за спиной страх своего народа.
Совсем не этого она хотела. Надя сама не ожидала, что получит столько силы.
