– Все хорошо, – ответила Айрис. – Хорошо, что я туда пошла.
Почему хорошо – она не объяснила, хотя Этти с любопытством склонила голову набок. Айрис расскажет ей потом. Когда взойдет солнце и она сможет убедить себя в том, что Роман не был игрой ее воображения. Потому что она еще ощущала, как тает прикосновение его руки и звук его голоса, как будто их встреча была всего лишь сном.
Айрис потрогала палец, бороздку, оставшуюся от обручального кольца, и прислонилась затылком к сиденью так, чтобы смотреть на звезды. Созвездия еще никогда не казались такими близкими и такими прекрасными.
– Вы видите? Какие-то огоньки в зеркале заднего вида.
Негромкий, но встревоженный голос Тобиаса разбудил Айрис.
Она не знала, долго ли дремала – две минуты или полчаса, – и, выпрямившись, потерла занемевшую шею. Ее друзья смотрели назад, а не вперед, и она тоже развернулась на сиденье и прищурилась, вглядываясь в темноту.
– Вижу, – отозвалась Этти в тот момент, когда Айрис разглядела вдали горящую красную точку. – Но что это?
Еще один кружок света. Потом появился третий, и они выстроились в ряд, все увеличиваясь. «Это сердца», – поняла Айрис. У них были пылающие сердца, заметные под бледной, прозрачной кожей.
– Это гончие, – сказала она, и желудок завязался узлом. – Дакр послал за нами гончих.
Этти развернулась и наклонилась к Тобиасу.
– М-м, Бексли? Не паникуй, но нам нужно ехать чуть-чуть быстрее.
– Чуть-чуть быстрее? – воскликнул Тобиас сквозь ровный гул двигателя. – Я уже иду на пятой передаче.
– Пожалуйста, скажи, что есть шестая. Или седьмая.
Тобиас оглянулся. Лунный свет посеребрил его лицо.
Знал ли он старые мифы и признал ли неестественные сердца в этих огоньках? А может, он разглядел длинные лапы и оскаленные зубы, которые становились видны? Тобиас отвернулся и переключил родстер на следующую передачу.
Автомобиль протестующе накренился. Айрис закрыла глаза. Волосы спутались на обветренном лице. Она могла думать только одно: «Пожалуйста, пожалуйста, не сломайся. Не здесь, не здесь».
– Бексли, они нас догоняют, – сказала Этти. – Кости богов, какие они быстрые!
– Они были созданы быстрыми, а не выносливыми. – Тобиас снова переключил передачу. Двигатель жалобно заревел, и скорость начала заметно снижаться.
– Тобиас, мы замедляемся? – недоверчиво спросила Этти.
– Да, я снижаю скорость. – Он поправил зеркало заднего вида. Сердца гончих отражались в его глазах, но Тобиас казался спокойным и сосредоточенным. – Я и так уже перегрузил двигатель. Нужно его снова завести.
– Хорошо. Мы позволим гончим догнать нас, и что потом?
– Доверьтесь мне, – сказал он так тихо, что ветер почти заглушил его слова.
Этти открыла было рот, но только вздохнула.
Айрис воспользовалась этим напряженным моментом затишья, чтобы посмотреть назад. Теперь она видела гончих отчетливо – зверей, похожих на неестественно крупных волков с блестящими острыми зубами. Глаза у них горели как угли, а лапы били по земле как молнии.
– Тобиас, – вымолвила Айрис, – я думаю…
Она не закончила фразу.
Тобиас молчал, но при этом отслеживал гончих по отражению в зеркале. Он словно высчитывал их прыжки, сокращение расстояния, скорость, разгон. Возможность столкновения.
Родстер снова сбавил скорость. Теперь они почти ползли по дороге.
– Слушайте меня, – сказал Тобиас, и его голос отчетливо прозвучал в темноте. Уверенно, как будто он не впервые убегал от гончих по проселочным дорогам. – Я от них оторвусь, но вы должны мне довериться и притаиться в кабине. Держитесь и, что бы ни случилось, не отпускайте поручни.
Девушки схватились за поручни. Тобиас подождал, пока Этти кивнула, и в следующий миг нажал на тормоза. Родстер с визгом затормозил. Гончие перелетели через них.
Над головами мелькнули длинные лапы, разрезая стылый воздух. Когти зацепили ее волосы, и Айрис ощутила сырой, гнилостный запах их плоти. Она буквально попробовала на вкус подземный мир – тени, которых никогда не касался свет; каменные полы, скользкие от крови. Время мучительно замедлилось. Казалось, минул целый год, пока гончие проносились в воздухе как три метеора, а родстер содрогался под ними.
Гончие приземлились впереди, и мир снова обрел пугающую четкость. Две твари Дакра казались сбитыми с толку, но третья быстро развернулась и бросилась назад.
Тобиас был к этому готов.
Он плавно включил первую передачу, потом вторую, и родстер рванул вперед. В последний момент Тобиас резко затормозил, и машина завертелась по кругу.
Напряжение в груди Айрис казалось почти невыносимым. Гравитация как будто исчезла, и ее подняло с пола, словно под чарами левитации. Мамин медальон завис перед лицом. Эта золотая вспышка напомнила, что нужно держаться и не отпускать поручни.
Бок родстера врезался в заднюю лапу вернувшейся гончей. Раздался тошнотворный хруст, а следом вой.
Тобиас погнал машину дальше, колеса подскакивали на ухабах. Наконец они снова помчались на восток. Родстер проскользнул между двумя другими гончими, которые потеряли время, разворачиваясь для погони. Их свирепое рычание сотрясло землю как раскат грома.
