Ключ в замке легко поворачивается, а вот открыть дверь оказывается непросто. Он толкает, дергает, расчищает, плеть за плетью рвет плющ, прежде чем удается наконец с нею сладить.
Войдя, Саймон первым делом чихает. Каждый шаг вздымает облако пыли, и та густо плавает в рассеянном свете, перемежаемая тенями истлевших листьев, которые расползаются по полу.
Усик плюща из самых упорных, пробравшись в оконную щель, обвился вокруг ножки стола. Саймон распахивает окно, впуская внутрь свежий воздух и яркий свет.
Чайные чашки стопкой, одна в другой, стоят на виду, на открытых полках буфета. У очага висит чайник. На всей мебели повсюду (на столе, на стульях, на двух креслах у камина, на потемневшей медной кровати) – кипы книг и бумаг.
Саймон берет наугад книгу, открывает ее и видит имя своей матери, надписанное на обороте обложки. Джослин Симона Китинг. Он и не знал, что у матери было второе имя. Ну, понятно теперь, почему он Саймон. Трудно пока сказать, нравится ему здесь или нет, но теперь, судя по всему, коттедж в его владении, и можно любить его или не любить, уж как заблагорассудится.
Борясь с плющом, Саймон раскрывает другое окно. Находит в углу метлу, принимается подметать, в надежде убраться как можно лучше, пока не стемнело.
Никаких планов у него нет, и понятно, что это неправильно.
Он вообще-то думал, что в доме кого-нибудь да найдет. Ну, например, мать. И – о чудо! – живую. Если верить сказкам, ведьму уморить не так просто. А домик этот вполне под стать ведьме. Этакой охочей до чтения ведьме, любительнице выпить чайку.
Прибрать получится быстрей, если выметать мусор через заднюю дверь, поэтому он отодвигает задвижку, открывает дверь и видит перед собой совсем не поле за домом, а лестницу – винтовую каменную лестницу, уходящую вниз.
Саймон переводит взгляд на увитое плющом окно справа от двери, в котором угасает закат.
Возвращается взглядом к двери. Пространство, открывающееся за ней, шире стены и легко перекрывает окно.
Снизу, от подножия лестницы, сочится свет.
Как был, с метлой в руке, Саймон идет вниз по ступенькам и оказывается перед двумя горящими фонарями, которые висят по бокам решетчатой железной конструкции, похожей на вставленную в камень стены клетку.
Саймон открывает клетку, входит внутрь. Видит там внутри бронзовый рычаг – и дергает за него.
Дверь, скользя, задвигается. Саймон смотрит вверх на фонарь, свисающий на цепи с потолка, и совсем не ждет, что клетка вдруг поплывет вниз.
Изумленный, он стоит, обнимая свою метлу, и они спускаются, пока клетка, вздрогнув, не замирает. Дверь открывается.
Саймон выходит в сияющий светом зал и видит там два постамента и массивную дверь.
На обоих постаментах стоят стаканчики, снабженные указаниями, что с ними следует сделать.
Саймон выпивает содержимое одного из них, по вкусу похожее на чернику, гвоздику и ночной воздух.
Игральные кости он бросает на постамент, смотрит, как они там уложились, а потом оба постамента утапливаются в каменный пол.
Дверь открывается в более просторный шестиугольный зал с маятником в центре. По маятнику танцуют огни, отбрасываемые лампами, которыми освещаются коридоры, – исходя из зала, они идут не прямо, а извилисто и исчезают из виду.
Повсюду книги.
– Я могу быть вам полезен, сэр?
Обернувшись на голос, Саймон видит в дверном проеме человека с длинными седыми волосами. Откуда-то издалека доносятся смех и еле слышная музыка.
– Где это я? – спрашивает Саймон.
Человек смотрит на Саймона, на его метлу.
– Соблаговолите пройти со мной, сэр, – говорит он, делая приглашающий взмах рукой.
– Это что, библиотека? – спрашивает Саймон, оглядываясь на книги.
– В некотором роде.
Саймон проходит за седовласым в комнату с письменным столом, заваленным книгами и бумагами. По стенам стоят шкафы, состоящие из маленьких ящичков, на каждом металлическая ручка и карточка, надписанная от руки. На краю стола сидит кот, строго смотрит, как они приближаются.
– Первый визит порой дезориентирует, – говорит седовласый, открывая конторскую книгу, и окунает гусиное перо в чернильницу. – Через какую дверь вы вошли?
– Дверь?
Седовласый кивает.
– Она… она в коттедже, неподалеку от Оксфорда. Кто-то прислал мне ключ.
Седовласый, начав было писать в своей книге, останавливается и поднимает глаза.
– Вы – сын Джослин Китинг?
– Да! – отвечает Саймон с несколько чрезмерным воодушевлением. – Вы ее знали?
– Был знаком, да, – кивает седовласый и, помолчав, прибавляет: – Сочувствую вашей потере.
– А правда ли, что она была ведьмой? – спрашивает Саймон, глядя на кота, который сидит на столе.
– Если и была, то со мной этим не делилась, – ответствует седовласый. – Ваше полное имя, мистер Китинг?
– Саймон Джонатан Китинг.
Седовласый заносит это в книгу.
– Можете называть меня Хранитель, – говорит он. – Что вам выпало?
– Прошу прощенья?
– Игральные кости, в аванзале.
– А, все – маленькие короны, – объясняет Саймон, вспомнив про кубики на постаменте. Он пытался разглядеть рисунки и на других гранях, но заметить успел только сердечко и перо.
– Все? – уточняет Хранитель.
Саймон кивает.
