Беззвучная нота полностью

— Мать Славно ходила в эту церковь. Он ставил за нее свечку каждый год после ее смерти. Когда попал в тюрьму, его бабушка взяла на себя его обязанности. Даже в доме престарелых она никогда не забывала. Она бормотала об этом, когда мы отправили ее к семье.

Замешательство длится всего секунду, прежде чем он бросается к своей сумке и достает свой мобильный телефон.

— Я попрошу Финна проверить, нет ли поблизости каких-нибудь ячеек для хранения вещей.

Скажи ему, что это может быть ближайшая станция метро или магазин у дома.

— Слоан говорит, что это может быть на станции метро или в магазине.

— Понял, — говорит Зейн, отходя в сторону, чтобы сделать звонок.

Я наблюдаю, как он подносит телефон к уху и твердо разговаривает с Финном.

Ты пускаешь слюни.

— Ты пускаешь слюни, — ворчу я смущенно.

Пожалуйста, пожалуйста, перестань меня отталкивать, когда вы двое раздеваетесь? Я действительно хочу посмотреть.

— Во-первых, мы не будем спать вместе в ближайшее время. Во-вторых, фу, ты извращенка. В-третьих, я не знаю, что заставляет тебя исчезать. Я же не делаю это специально.

Не ври. Тебе так хочется на него наброситься прямо сейчас.

— И почему ты так в этом уверена? — отвечаю я самоуверенно, но в глубине души в ее замечании есть доля истины.

Может ли кто-нибудь меня за это винить?

У Зейна Кросса серебряный язык.

Серебряный язык, способный делать множество вещей помимо разговоров…

Грейс, если бы у меня было тело, я бы отдала ВСЕ за это. Слоан облизывает губы, строя лунные глазки мышцам спины Зейна. Ну же, да ладно. Разве ты не хочешь просто шлепнуть его по заднице?

— Перестань олицетворять моего мужа, — говорю я. Хотя я украдкой бросаю взгляд на задницу Зейна, которая, надо признать, под его спортивными штанами выглядит неплохо.

Ты только что назвала его своим мужем.

— Я это сделала?

Ты это сделала.

— Я этого не помню.

Зейн возвращается ко мне, и я быстро отворачиваюсь от Слоан.

— Что сказал Финн?

Он не отвечает сразу и вместо этого подходит ближе. Мое тело инстинктивно наклоняется к нему. Отчасти потому, что мне не терпится услышать, что нашел Финн, но отчасти потому что вокруг него есть — всегда была — такая магнетическая сила. Его близость — это наркотик сам по себе, и я могу признать, что начинаю немного поддаваться притяжению.

— Финн нашел камеры хранения на железнодорожной станции возле церкви.

Волнение пробегает по моему позвоночнику.

Мы со Слоан торжествующе ухмыляемся.

— Ладно. Пошли.

Я иду к двери.

Прежде чем успеваю отойти далеко, Зейн обхватывает меня здоровой рукой за талию и притягивает к себе. Тени, отбрасываемые его телом, накладываются на мои.

— Зейн? — Я поднимаю глаза. — Что ты делаешь?

Тепло его тела обжигает мою кожу, пока он застывает передо мной. Его голубые глаза окутаны чем-то тяжелым и решительным.

— Мне жаль, Грейс. Сегодня вечером ты не покинешь этот номер отеля.

Грейс

— Почему бы и нет? — Слова вырываются из моего сжатого горла. Обычно я бы предположила, что Зейн шутит или пытается меня разозлить, но я никогда не видела такого напряженного выражения на его лице.

Его губы сжимаются в тонкую линию, и я замечаю, как его ноздри раздуваются от тяжелого вдоха.

— Сегодня вечером мы поймали кого-то из «Благодарного проекта», крадущегося около нашего дома.

Сердце колотится в груди.

— Мы засняли его на камеру наблюдения, — говорит Зейн, отводя от меня взгляд.

— Он проник?

— Нет, Финн вернулся домой и распугал.

Слава богу. Не знаю, что бы я сделала, если бы они действительно попытались навредить одному из «The Kings». То, что парни ходят как боги, не делает их менее человечными.

Ты уверена, что тебя беспокоят ВСЕ «The Kings»?

Я смотрю на Слоан.

Разве ты не рада, что с Зейном ничего не случилось?

Может быть.

Но я никогда не признаюсь в этом вслух.

— Детка? — говорит Зейн, его тон немного слишком небрежный, слишком разговорный. Как будто он пытается не предупреждать меня о том, как странно ждать, пока у меня в голове идет разговор со Слоан.

Я выпрямляю спину.

— Ты хорошо разглядел лицо?

— Нет. Но он все еще там. Вот почему мы перевезли тебя с Кейди в номер отеля.

Он показывает на номер-люкс.

Я морщу нос.

— Итак… откуда ты знаешь, что вор был с «Благодарного проекта»?

Он улыбается, очаровательная, красивая улыбка, которая как-то не совсем правдоподобна.

— Моя вина. В следующий раз, когда кто-то будет рыться в доме, я попрошу удостоверение.

— Я не это имела в виду.

— Я знаю, что ты имела в виду, — поддразнивает он. — Но сейчас мы будем считать, что все представляет собой угрозу.