— Я думаю, кто бы ни пришел сегодня вечером в дом, он искал тебя, — мрачно говорит он. Я напрягаюсь. — Они уже пытались убить тебя один раз. Ничто не мешает им попытаться снова.
Я хочу с ним поспорить, но он прав. Это расследование — не детская игра, и вполне логично, что кто-то может следить за нами, даже сейчас, выжидая подходящего момента, чтобы убить меня. Они уже убили Харриса. А теперь и Славно. Это эффект домино, и я следующая в очереди.
— У них было много возможностей остаться со мной наедине. Почему они не попробовали еще раз? — спрашиваю я.
Зейн проводит большим пальцем по линии моих волос.
— Я не знаю. Но я не хочу рисковать. — Он осторожно опускает меня назад, пока я не лежу на кровати. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, Грейс.
— Смерть придет за всеми нами. Я не боюсь. Просто не хочу умирать до того, как убийца Слоан предстанет перед судом.
— Смерть должна знать, что мы — парная сделка. Если ты уйдешь, я пойду с тобой в могилу.
— Не шути так.
Но я знаю, что он не шутит. Зейн смотрит на меня свысока, в его глазах пылает гнев, который прожигает меня до глубины души.
— Зейн…
Кончики пальцев скользят вниз к талии моих шорт и проскальзывают внутрь, он шепчет:
— Ты еще не поняла? Я существую для тебя, Грейс. Я дышу для тебя. Все, чем я являюсь, и все, чем я буду, — твое.
— Я об этом не просила.
— Нет, ты этого не делала. И все равно я отдам тебе все.
— Не ожидая ничего взамен?
— Нет, — мрачно усмехается он, дразня резинку моих трусиков. — Нет, я тоже заберу у тебя все. Пока ты не перестанешь отрицать, кому ты принадлежишь.
— Кому.
Ухмылка у него грязная. По-настоящему грязная.
Кожа моего живота подрагивает, когда он проводит линию по центру моего тела.
— Кому? — шепчет Зейн. — Почему кому?
Раскаленное добела электричество пронзает каждый нерв.
— Т-ты не имеешь в виду подлежащее в предложении. Это больше похоже на предложный падеж. — Я сглатываю. — Так что ты бы использовал 'кому'.1
— Английский ботаник.
— Учительница английского.
У меня спазмируют мышцы живота. Не могу поверить, что я это сказала.
На мгновение наступает тишина.
Внезапно Зейн откидывает голову назад и смеется.
Я прикусываю губу, пытаясь не рассмеяться.
— Помните, мисс Джеймисон, это мой класс. Не ваш. — Он прижимается ко мне всем телом, опасно двигая бедрами. Тепло хлещет меня, как кнут.
Милое милосердие, я хочу, чтобы он поймал меня здесь. Коснулся меня там. Высвободил все грязные обещания за этой маниакальной ухмылкой.
Сомневаюсь, что у него возникнут какие-либо возражения против этой просьбы. Зейн, кажется, вот-вот сдерет пижаму и нырнет в меня, но все еще есть много вопросов, на которые мне нужно получить ответы.
Пользуясь его одноруким состоянием, я выворачиваюсь из-под него и вскакиваю на ноги.
— Мы можем остановиться здесь, — говорю я, задыхаясь.
Зейн наклоняет голову, его черные волосы шелковисто ниспадают, подчеркивая квадратную форму его челюсти.
— Обычно Слоан не появляется в течение часа после нас с тобой… — Я прочищаю горло. — Поэтому, я думаю, у нас все будет хорошо.
Между нами тянется долгий момент.
Наконец он вздыхает.
— Ладно.
Облегчение переплетается с моей похотью, немного приглушая пламя. Я рада, что он не давит. Если бы он настаивал, я бы, наверное, убедила себя, что оставаться прямо там, под Зейном, было бы лучшим использованием моего времени, чем следовать за доказательствами.
Моя голова начинает проясняться, пока я меряю шагами номер.
— Взлом сегодня ночью — это не совсем плохо. С другой стороны — нервно. Это значит, что мы, возможно, на правильном пути.
Зейн наблюдает за каждым моим движением, не говоря ни слова.
Смотрю ему в лицо.
— Я понимаю, что мне нужно быть осторожной, но я не могу ждать, пока грабитель будет найден, прежде чем я начну действовать. Я ждала годами, чтобы получить в руки реальные доказательства.
— Я не говорю, что мы не должны действовать. Я просто говорю, что ты не можешь этого сделать.
Он встает, чтобы взять бутылку воды из мини-холодильника. Мои глаза вылезают из орбит, когда я смотрю на его пот. Эти серые штаны ничего не скрывают, и я не могу не покраснеть, когда он замечает, что я на него пялюсь.
— Кого ты отправляешь в камеры хранения?
— Я пока не уверен, — признается Зейн.
— А как насчет Теодора Холла?
Зейн хмурится. Жестко.
— Почему он?
— Ты сказал, что хочешь, чтобы кто-то был от нас отдален. Кто-то расходный материал. — Я помню, в каком измотанном состоянии был Холл. — Теодор умолял меня о помощи. Казалось, он готов на все, чтобы завоевать расположение Королей.
Что-то опасное мелькает на лице Зейна.
— Что ты имеешь в виду, когда говоришь «казалось»? Ты видела этого идиота сегодня?
Моя кровь замирает.
— Н-нет.
— Соврешь мне еще раз, и я брошу тебя на эту кровать, Грейс.
Я вздрагиваю. Прочищаю горло. Бросаю взгляд на Зейна и вижу, как он кипит.
Уф, у меня проблемы.
Зейн
