— Но я слишком долго оставалась в одиночестве. Помнишь, я сказала, что дружу с Гейл? Это неправда. У меня нет подруг, кроме Линды, да и та присматривает за мной исключительно в память о маме.
— Брось, Джун. Я твой друг, и Сидни тоже.
— Сидни добр ко мне, потому что меня жалеет.
— А вот и нет.
— Одна из тех девушек назвала мою жизнь трагичной. Она права. Мама была бы разочарована.
Оба замолчали. «Зачем я все это ему рассказываю?» — уныло подумала Джун.
— Ты ведь знаешь, что это неправда, — наконец заговорил Алекс. — Может, у тебя не сотни друзей и ты ни разу не ходила в поход, но ты совершила много всего, чем твоя мама бы гордилась.
— Мама хотела, чтобы я поступила в университет и стала писателем.
— А как же все, что ты сделала для библиотеки?
— Что я сделала? Место, которым я дорожу больше всего на свете, под угрозой, а до вчерашнего дня я просто пряталась в тени, боясь высунуться. Будь мама жива, она бы…
— Джун, хватит сравнивать себя с мамой, — прервал ее Алекс. — Ты самостоятельная личность, у тебя много собственных достоинств. Да, возможно, ты стеснительная и предпочитаешь держаться в стороне, зато ты умная, добрая и верная, и, по моему мнению, совершенно замечательная.
Дверь ресторана открылась, оттуда вышла парочка, а за ними выглянула низенькая седоволосая женщина.
— Алекс, где ты пропадаешь? Ты мне нужен!
— Иду, тетя! — Он взглянул на Джун. — Мне пора.
— Ничего. — Девушка потупилась. — Извини, что избегала тебя, Алекс. После нашего телефонного разговора я чувствовала себя раздавленной.
— Это ты прости, что я не смог помочь. Мне ужасно жаль.
— Алекс! — настойчиво позвала тетя. Он беспомощно развел руками.
— Доброй ночи, Джун.
— Доброй ночи.
Алекс вошел в ресторан. Проводив его взглядом, Джун посмотрела на холм, где стоял ее дом, подумала о своей кровати, книгах и одиночестве, потом развернулась и зашагала в библиотеку.
— Доброе утро, соня.
Джун открыла глаза и неуверенно села. Сидни у окна читал газету. Шанталь жевала круассан с шоколадом.
— Не время валяться, у нас полно дел. — Миссис Би вручила ей кружку с чаем.
Девушка встала, потянулась и подошла к Сидни.
— Доброе утро, дорогая. — Он улыбнулся. От Джун не укрылась его бледность.
— Вы себя неважно чувствуете?
— Пустяки, голова болит немного. Ночью плохо спал.
— Может быть, сходите домой, отдохнете?
— После чашки кофе буду свеж, как огурчик. Кроме того, я ни за что не соглашусь пропустить самое интересное. — Сидни указал на миссис Би.
— Я считаю, нужно написать официальную жалобу в Офком [7], — заявила та, потрясая пальцем в воздухе. — Этот выпуск новостей возмутительно дискриминирует граждан по возрасту.
— И они не включили в репортаж слова моих подруг, — вставила Шанталь, — как будто нас там не было.
— Вот именно. Поэтому я никогда не плачу за телевидение. А все эти правые уб…
— Кто-то пришел, — перебила ее Джун. За окном стоял мужчина в армейских брюках. На его плече висел фотоаппарат.
— Похож на журналюгу. Скажи ему, пусть проваливает.
— Он наверняка хочет еще раз нас унизить, — заметил Сидни.
Джун нервно пригладила волосы и подошла к двери.
— Чем могу помочь?
— Это и есть библиотека, в которой проводится пенсионерский митинг? — спросил мужчина.
— Видите ли, у нас вовсе не пенсионерский митинг.
— Так все его называют.
— Все?
— Репортаж о нем стал вирусным. Прошлым вечером твиттер весь полыхал.
— Что?
— Смотрите. — Корреспондент продемонстрировл экран своего телефона, на котором был виден хештег #пенсмитинг. — Всех с него бомбит, ваши старики теперь знамениты. Особенно тот, что говорил про серфинг.
— Но нам показалось, что в новостях мы выглядели… как бы это сказать… немного глупо.
— Ерунда, людям нравятся классные сюжеты. И так думаю не только я. — К библиотеке приближалась небольшая толпа журналистов. — Можно я войду и возьму у вас интервью, пока остальные не добрались?
— Подождите минутку. — Джун закрыла дверь и вернулась в зал.
— Ну что, велела ему засунуть фотоаппарат, куда солнце не светит? — напористо спросила миссис Би.
— Не совсем. — И Джун пересказала то, что сообщил ей журналист.
— Простите, я не понял, что значит «вирусный»? — уточнил Сидни. — Звучит не очень-то привлекательно.
— Они же полностью исказили наши слова, — вставила Шанталь.
— Послушайте, если мы хотим спасти библиотеку, нужно привлечь к себе внимание, — произнесла Джун. — Давайте притворимся, будто у нас, как они выражаются, «пенсионерский митинг». — Она повернулась к Сидни. — Вы первый начали захват. Что скажете?
Тот вздохнул.
— Скрепя сердце, вынужден согласиться. Глупо упускать такую возможность.
— Да меня в жизни не называли пенсионеркой! — возмутилась миссис Би, но, перехватив взгляд Джун, добавила: — Ладно, ради библиотеки я готова потерпеть.
— Есть проблема, — возразила Шанталь. — Если им нужны только пенсионеры, митинг будет очень маленький.
Все посмотрели на Сидни и миссис Би.
— Я попробую созвать членов кружка «Клубок и спицы», — предложила Джун. — И исторического клуба.
— Этого мало, — пожала плечами миссис Би. — Для хорошего репортажа нужно больше народу.
