Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, особенно в этом мире. Особенно после всего, что она пережила. Если магия – редкая ценность, которую утаивали от людей даже теперь, когда монстры вышли на свет, и если каким-то образом в её проклятых венах течёт некий дар, то чем ей придётся за это заплатить?
– Потому что я хочу предложить вам работу.
Работа. Вот в чём подвох.
Меньше всего на свете Кирс хотелось работать на него. Её бесили напыщенные, пустые миллиардеры, для которых она воровала, но они были предсказуемы. Они хотели безделушки, побрякушки, картины и прочий бесполезный хлам. Но хорошо за это платили. Девушка работала на криминальных авторитетов, богатых дам и кого угодно ещё, кто мог заплатить за её любимое дело.
Но в случае с Грейвзом Кирс знала, просто
И всё же, поджав губы, она ждала его предложения. По крайней мере, это должно было быть интересно.
– И что за работа? – ровным тоном спросила девушка.
– Такая, в которой вы явно хороши. Мне надо, чтобы вы кое-что для меня украли.
Она смерила его взглядом. Попыталась заглянуть за маску хладнокровности. Слишком уж быстро Грейвз от угроз убить её перешёл к деловым предложениям. Это «кое-что» было ему очень сильно нужно. И он готов был заплатить много денег. Это было ясно как день.
А вот чего Кирс не понимала, так это
– А я тебе зачем?
Он медленно расплылся в улыбке.
– Очевидно, потому что сам я достать всё, что мне необходимо, не могу.
Ах, так она, значит, была для него ценным ресурсом? Это давало Кирс преимущество.
Раз сам он эту вещь достать не мог, и другой вор ему тоже не подходил, значит, её услуги были
– Я могу щедро заплатить, – сказал Грейвз, не дождавшись ответа. – И сделать вашу жизнь очень, очень комфортной.
– Разве похоже на то, что мне нужны деньги? – хрипло спросила она.
Грейвз смерил взглядом её облачённую в чёрное фигуру. В одежде девушки не было ничего особенного, она была простой и практичной. Но Кирс знала, что он видел. Именно то, что она хотела ему показать. Порванный монстром воротник, потрёпанные ботинки и отвратительно раздутая самоуверенность. Его ухмылка стала шире.
– Ну же. Очевидно, что вам нужны деньги. Эта побрякушка, – он достал кольцо, – принесёт вам несколько тысяч. На пару месяцев жизни в городе хватит.
Она открыто поморщилась, давая ему понять, что якобы и понятия не имела, сколько на самом деле стоит бриллиант такого размера.
– И того меньше? – спросил он, заметив выражение её лица. – Какая жалость.
Пусть Кирс именно на это и напрашивалась, она ненавидела это слово. Жалость была приговором. Когда она ошивалась в трущобах, сочувствующие взгляды её бесили. Эти глаза, говорящие, что она ничего не стоит. То, как смотрели на неё другие ученики Джейсона. Сначала с завистью, потому что ей доставалось особое обращение, а потом… с ужасом, когда она стала его любимицей. Но хуже всего было их сочувствие при виде синяков и кровоподтёков на её теле, которые она так старательно пыталась маскировать. Ничего, со временем они все поняли то, что осознает и Грейвз, когда она оставит его без гроша.
– Мне не нужна твоя жалость, – возмущённо прорычала она.
– Ладно. Я могу заплатить, и много. Только согласитесь и позвольте мне исполнить все ваши мечты.
В голове завыла тревога. Он почти умолял, и ему это совершенно не шло. Словно Грейвзу никогда раньше не приходилось просить. Он просто
– Ты мне так и не сказал, что и у кого я должна своровать.
– Что-то детали вас не очень волновали, когда вы пришли красть у меня, – холодно заметил он. Простейшая попытка увильнуть от темы и ничего не рассказывать прежде, чем она согласится.
Как же сильно он ошибался. Как будто они были с разных планет. Ещё как волновали, вот только деньги ей нужны были, чтобы заплатить Колетт за жилье. Поэтому Кирс и проникла в его дом, не зная, поджидает ли её там монстр. Она рискнула и проиграла. В этих же переговорах девушка проигрывать не собиралась.
– Нет, – сказала она просто, чтобы посмотреть, что он будет делать. Монстр озадаченно уставился на неё, словно девушка только что сделала ход фигурой, которой вообще не было на доске.
– Нет? – шокированно переспросил он.