– Его смерть принадлежала мне, – ответила Кирс, дрожащими руками убирая волосы с лица. – И вот именно поэтому я с трудом принимаю чужие утешения или какую-либо близость. – Вздохнув, она добавила: – Поэтому я не смогла быть с Торрой. – Грейвз замер от звука этого имени. Они не упоминала Торру с тех пор, как Кирс рыдала на его руках в том туннеле. Но это была правда. Ещё одна, на которую она раньше не могла взглянуть. – Во мне не осталось никаких чувств. – Девушка посмотрела ему в глаза, позволив всей своей уязвимости отразиться на лице. – Поэтому, когда я подошла к тебе тогда в туннелях, это был… с тобой всё было иначе.
– А, – сказал он, утирая слезу с её щеки. – И поэтому ты не могла понять, как я мог подумать, что ты ушла.
– Как я могла оставить единственного человека, которому смогла открыться? Первого человека, с которым я даже смогла мечтать о чём-то большем.
Он коснулся её щеки.
– Теперь понимаю.
– Ну и парочка же мы, – с булькающим смешком отметила Кирс.
– Действительно. Ну и парочка.
Их губы снова встретились. Она открылась ему, позволяя их языкам сплестись. Его руки, блаженно обнажённые руки, легли на её щеки, и она подалась им навстречу. Она хотела этого. Не просто секса. Чего-то большего. Девушка призналась в своём самом страшном секрете, показала ему, кто она на самом деле. И осталась желанной.
Она хотела больше, чем отдельные части. Она хотела всё и сразу.
– Грейвз, – прошептала Кирс, поднимая его на ноги. – Я хочу этого. Я хочу быть с тобой.
– Уверена?
– Да.
Он поцеловал её в губы.
– Пойдём со мной.
Её сердце забилось ещё быстрее, когда он повел её прочь от комнаты с камином, вверх по первому лестничному пролёту и к своим комнатам. Сколько недель она провела в его доме, но ни разу не заглядывала туда, уважая его личное пространство. Кирс соврала бы, если бы сказала, что ей не было любопытно, но это вообще было ей свойственно. И мало что могло укрыться от воровки с хорошим набором отмычек.
Когда Грейвз распахнул двери, за ними оказалась его спальня. Пространство поражало одновременно простотой мебели и богатством той обстановки, что он выбрал для себя. В отличие от роскоши всего остального дома, это было больше похоже на убежище. Больше похоже на Грейвза.
– Этого я тоже никогда раньше не делал, – признал он.
– Чего не делал?
Он потянул Кирс в свои покои.
– Не приводил никого к себе в комнату.
Она сглотнула.
– Совершенно новый опыт.
– А это редкость для того, кто прожил столько лет, сколько я, – согласился колдун.
Она прошлась по его убежищу, уделяя внимание мелким деталям, наверняка важным для него. Резные деревянные фигурки птиц на верхней полке шкафа, томик «Ворона» Эдгара Аллана По на прикроватной тумбочке из красного дерева, пригоршня европейских монет, глядя на которую казалось, что он только что вернулся из поездки – вот только среди них не было ни одной современной; портрет настоящей Анны Болейн в её знаковом жемчужном ожерелье и ещё одна картина в приглушённых тонах, на которой две фигуры сидели в поле среди диких цветов, склонившись над маленькой зелёной книгой. Может быть, одной из них даже был Грейвз.
Кирс понимала, почему он так ценил своё личное пространство. Место, где его больше никто не видит, где он может быть просто самим собой. И теперь Грейвз позволил ей вторгнуться в это место.
– Я рада, что ты показал мне всё это, – сказала Кирс, проводя пальцем по прозрачной вазе с зимними цветами. А потом вернулась к нему и за руку потянула к кровати.
– Нам необязательно…
Она прижала палец к его губам.
– Тссс… Я этого хочу. – Медленно стащив через голову футболку, она бросила её на пол у его ног. – Именно с тобой.
Больше не пытаясь возразить, он провёл пальцами по кромке её штанов и толкнул спиной вперёд на кровать. Поймав её губы своими, расстегнул пуговицу. Её руки, в свою очередь, принялись за пуговицы его рубашки, медленно расстёгивая их.
– Я никогда раньше не был с кем-то, кого не могу прочитать.
– В библиотеке мы тогда неплохо справились.
Он рассмеялся ей в губы.
– То было спонтанно. На этот раз я не хочу торопиться. Со всеми остальными я всегда интуитивно знал, чего они желают, но с тобой всё иначе.
– Я просто хочу тебя, – ахнула Кирс, когда его руки прошлись по чувствительной коже её живота.
– Значит, придётся самому учиться узнавать, что именно заставляет тебя издавать эти неописуемые звуки, – сказал он с дьявольски хитрой улыбкой. Его пальцы скользнули под её пояс, лениво проводя по бёдрам. Кирс застонала, пытаясь не ёрзать под его прикосновениями. Взгляд его любопытных глаз был полностью сосредоточен на ней. – А я очень люблю учиться новому, – промурлыкал он.
Одним плавным движением он снял с неё лиф. Её груди вырвались из плена, и его взгляд тут же переместился на них. Следом последовали его руки, властные, уверенные и изучающие девушку заново. Её голова запрокинулась назад, когда он покатал в пальцах сосок.
– В прошлый раз ты меня даже не коснулся, – сказала Кирс, протягивая к нему руку.
– Уверяю тебя, ещё как коснулся.
Она хмыкнула.
– Ты был в перчатках.
