Библиотека Остролиста полностью

Сойдёт. Это всего лишь ужин. Причём деловой. Не свидание. Не о чем переживать. И это точно никак не касалось ни её интимных проблем, ни того, что она ни с кем не ужинала наедине уже очень давно, да и вообще решила, что ухаживания не для неё. В физиологическом плане-то ещё ладно, секс – это просто секс. А вот с остальными аспектами было существенно тяжелее.

У Кирс вспотели ладони. Просто смешно.

Это же даже был не тот тип ужина. Да, Грейвз был привлекательным, на её взгляд. Нужно было быть слепой, чтобы не увидеть, как он горяч. Но мало того, что смешивать бизнес с удовольствием вообще идея плохая, так это ещё и просто был не тот тип ужина. Вот обязательно было её телу так реагировать? Кирс могла не моргая смотреть в глаза Деклану, пока тот целился ей в грудь из пистолета, но она нервничала из-за этого?

Выпрямив спину, девушка спустилась по лестнице на силе чистой злости. Дойдя до гостиной, она обнаружила на входе в комнату Эдгара.

– Мисс МакКенна, вы выглядите просто очаровательно.

– Уж получше, чем в прошлую нашу встречу.

– Не лучше, просто иначе.

Она кивнула.

– Спасибо.

Эдгар открыл дверь, и хоть она и знала, чего ожидать, но всё равно оказалась не готова к великолепию обеденного зала. Стол из красного дерева тёмных тонов мог вместить за собой двенадцать человек, хоть накрыто и было всего на двух персон. Одно место – во главе стола, где тёмный, обжигающий Грейвз читал книгу в коричневом кожаном переплёте, а второе – слева от него. По периметру были расставлены канделябры со свечами, освещающие комнату, а сам стол по центру был украшен прекрасными цветами. Кирс понятия не имела, где он достал такие искусные букеты в это время года.

Эдгар откашлялся.

– Сэр, ваша гостья.

Взяв себя в руки, она шагнула вперёд, навстречу её личному тёмному похитителю из сказки. Колдуну, уводившему её прочь от тропы.

Грейвз оторвал глаза от книги, словно он был так поглощён чтением, что даже не слышал, как кто-то вошёл. Потом его серые глаза нашли Кирс и потемнели, заметив её облачение, пройдясь вниз по облегающему платью до самых обнаженных ног и обратно, ловя её взгляд. Она поёжилась от такого внимания. Его эмоции так и оставались под замком, но Кирс знала, что значит, когда кто-то смотрит на тебя так. Он тоже считал её привлекательной.

Но всё, что Грейвз сказал, прежде чем вернуться к чтению, это:

– Ах.

Эдгар отодвинул для неё кресло, и Кирс села, неловко прижавшись прямой спиной к аккуратной плюшевой спинке.

Девушка попыталась было игнорировать сидящего рядом Грейвза, но его присутствие словно заполняло собой всю комнату. И, хотя он и был чем-то смертельно опасным, она не могла также не оценить его привлекательность. Монстр был одет в чёрный костюм с идеально белой рубашкой и чёрным галстуком. Его пасмурные глаза быстро бегали по строчкам, а страницы он переворачивал одним пальцем, обтянутым чёрной перчаткой. Свои обычные он сменил на другие, более утончённые, вечерние. И всё же… как ни крути, это были перчатки.

Кирс прочистила горло.

– Ты всегда их носишь?

Грейвз мельком взглянул на неё.

– М-м?

– Перчатки. Ты всегда их носишь?

Но тут его глаза переместились на подвеску у неё на шее.

– Вы всегда её носите? – парировал он.

Девушка коснулась пальцами крапивника.

– Да. – В их первую встречу птичка, кажется, его удивила. – Ты не первый раз её замечаешь.

Он кивнул и протянул руку.

– Можно посмотреть?

В последнюю очередь она сейчас хотела снимать кулон и давать ему в руки.

– Ты уходишь от ответа на вопрос про перчатки.

– Нравятся они мне, – ответил хозяин дома, немного уступив, и сделал просящий жест пальцами. Вздохнув, она сняла подвеску и нехотя вложила в его ладонь.

Грейвз внимательно изучил мелкие детали на птичьей фигурке. Крылья, выступающие за пределы круглого кулона. Лёгкий филигранный узор по краям, уходящий на металлическую подложку. Эта подвеска была самым дорогим, что у неё было, и от её вида в его руках становилось дурно.

– Вы знаете, что символизирует крапивник, мисс МакКенна?

Она покачала головой.

– Нет.

– У некоторых народов крапивник символизирует весну и перерождение. В зимнюю пору он считается предвестником весны, знаком, что зима не вечна. Добрым знамением. У кельтов следующий день после Рождества называется Днём крапивника. На птиц охотятся и убивают, а потом насаживают на пики и проносят по городу. Так жители изгоняют бога зимы.

Кирс встревоженно распахнула глаза.

– Ух. Никогда не слышала о таком. И ты думаешь, что мой кулон что-то значит?

– Я верю, что вы – это доброе зимнее знамение. – Он поднял глаза на Кирс. – Так откуда, вы говорите, он у вас?

Грейвз снял одну перчатку, и она снова заметила край той самой татуировки. Её взгляд зацепился за узор, пытаясь разобрать, что же скрывалось под безупречным костюмом. Стебли, немного шипов, но большего она в приглушённом свете разобрать не смогла. От татуировки её взгляд переместился на палец Грейвза, которым тот обводил контур кулона. Медленно, но решительно. Практически неприлично.

– От мамы.

– А у неё откуда?