— Обычно капитану давали десять, — усмехнулся здоровяк, ставя пустую кружку на грязный стол.
— В Береговом братстве свои правила, в армии — свои. Так что, интересно?
Брида помотал головой:
— За пиво спасибо, но я…
— Ты сопьешься окончательно через полгода. К зиме придут холода, долгие тоскливые вечера в пустом доме. Ты оставишь пиво и возьмешь чего покрепче. И ближе к весне твое задубевшее тело найдут в канаве, куда бросят раздетого и обобранного… На могиле близких давно был?
Услышав вопрос, Додо подавился и закашлялся. Он с ужасом понимал, что вот сейчас этот все еще крепкий и крайне опасный человек по другую сторону столешницы взбесится и запросто скамьей раскроит череп командиру. Потому что люди, ходившие на абордаж, они шуток не понимают и обид не прощают. Но Билдер был абсолютно спокоен.
— Готов поспорить, что не был уже несколько месяцев… А я каждый год стараюсь навестить моих парней, кого похоронил под Пескарой. Мы там крепко аристократическую нечисть почистили. Хотя многие так и остались навсегда на холмах, что к северу от города. И я знаю, что мои ребята рядом со мной до той поры, пока я их помню и навещаю. А твоя семья скоро окончательно уйдет за Грань, потому что их муж опустил руки и плюнул и на себя, и на память о них.
Казалось, что Бриду ударили под дых. Он болезненно сморщился и перестал вставать. Медленно сел, зло посмотрел на собеседника и прохрипел:
— Как ты можешь знать, каково это? Как?!
— Я пережил два мятежа. Я снимал повешенных и посаженных на кол в деревнях, где веселились так называемые благородные. Я видел такое, чего ни один пират в жизни не сможет представить… Я знаю, каково это, когда ты хоронишь девочку пяти лет, которую насиловало целое «копье»… Поэтому не нужно мне рассказывать, что, где и как… Я ищу бойца, который возьмет железной рукой молодняк и сделает под моим руководством из них душегубов, преданных нам и короне. Кто легко пойдет на абордаж или в джунгли, чтобы предать там огню и мечу все живое. Мне нужен мастер клинка. И я считаю, что ты подходишь. Тем более, что за тебя поручился сам Алья, а его слово в этом городе дорого стоит… Поэтому я сейчас пойду расплатиться за пиво, затем вернусь и спрошу тебя еще раз — хочешь ли ты снова стать человеком, или так и будешь катиться к занесенной снегом канаве?
— И если я скажу «да»?
— Тогда мы пойдем ко второму будущему сержанту, а затем в тюрьму, за пополнением. Его величество щедро делится будущими кандальниками, грех этим не воспользоваться.
Додо заключил сам с собой сделку. И проиграл. Гоблин решил, что после такой беседы любого нанимателя пошлют куда подальше. Кому нравится, если тебя в собственное дерьмой рожей макают. И был очень удивлен, когда Брида выбрался из-за стола, отряхнул налипшие на рубаху крошки и согласился подписать контракт на службу в роте ухорезов.
С Дести беседа пошла по совсем другому сценарию. Билдер пожал протянутую бывшим бретером руку, затем задал несколько вопросов про общих знакомых и озвучил условия найма. От себя еще добавил, что на королевскую пенсию отставникам вряд ли есть смысл рассчитывать, но вот освобождение от налогов для любых доходов на службе можно точно расчитывать. А это значит, что разумный человек запросто после нескольких лет службы может окончательно уйти на покой вполне обеспеченным человеком. И это — говоря про капралов. Для сержантов будущее просто обязано быть куда как интереснее.
— Много придется драться?
— Первое время — да. Себя зарекомендовать, излишне наглым зубы вколотить, чтобы прониклись.
— Чем арсенал порадует?
— Скорее всего, барахлом. Но я наизнанку вывернусь, а ребят правильным железом обеспечу. Чтобы не терять людей из-за гнилых доспехов.
— И кого берем? Есть какой-нибудь свободный отряд наемников на примете?
— Нет. Берем каторжан и всех, кто под руку попадется. Правда, мне одна знающая птичка напела, что сегодня в тюрьме аншлаг и наверняка сможем поживиться. А как только первые «два» копья сколотим и в порту мечами погремим, можно будет уже и отставников привлекать. Когда я помогал снаряжать экспедицию властям в джунгли, рядом много народу крутилось. С работой не очень, бывших служивых наверняка подберем. На полк я бы не рассчитывал, а уж роту запросто укомплектуем.
— На сколько лет кабала? — уточнил Дести. На первый взгляд он производил отталкивающее впечатление. Высокий, худой, жилистый, с постоянной неприятной усмешкой на губах. Длинные черные волосы завязывал в хвост, не смотря на жару любил вырядиться в пижонскую кожаную жилетку. Короткий палаш на поясе носил небрежно, словно зубочистку. Но, насколько понимал Додо, с той же обманчивой легкостью мог отточенным железом угробить любого, кто вздумал бы зубоскалить на его счет.
— Год, с продлением по желанию.
— Год, это терпимо. Будет интересно посмотреть, как именно мы успеем разгуляться в порту, пока сверху не начнут кидаться молниями.
— Крафти прикроет на первое время. А если барона уберут, то у нас будет право распустить роту без каких-либо последствий, в бумагах это указано.
