Конкурсанты сновали по большой комнате, отведенной им для переодевания, и отвлекали костюмеров и визажистов от работы, требуя внимания. Пестрые шелковые платья и брюки-дудочки, кожаные куртки, джинсы и банданы, легкие шальвары и тонкие телесные комбидрессы, строгие закрытые платья и мужские костюмы эпохи сороковых – в помещении, где ребята готовились к выступлению, царил хаос из различных стилей одежды. Со стороны это было похоже на кипящий овощной суп, в котором редактор, как большая поваренная ложка, перемешивала варево, руководя процессом приготовления основного блюда.
Борису очень нравилась такая атмосфера, похожая на театральную, с её суматохой, когда актеры мечутся по гримеркам и коридорам, прислушиваясь, не раздастся ли третий звонок, зовущий их на сцену. Несмотря на бессонную ночь и накопившуюся усталость, все конкурсанты были возбуждены до предела и активны, как после нескольких баночек энергетика. Никто не мог предугадать того, как они выступят, но все без исключения хотели подать себя в выгодном свете, чтобы эта реальность, постоянно подпитываемая адреналином, не заканчивалась еще очень долго.
Из всех испытаний, которые остались позади, «Король-лев» стал для Бориса чем-то особенным. Они с Олегом исполнят сегодня главные партии, они стали партнерами по сцене и не только… Такие эмоции уже не повторяться. Борис поерзал в кресле, вспоминая о том, что произошло между ними за время репетиции. Небольшая тянущая боль чуть ниже поясницы – расплата за минуты взрывной страсти – дала о себе знать, и Борис нахмурился, вызвав возглас недовольства у своего визажиста. Он постарался максимально расслабиться, чтобы не мешать ее работе.
Невозможно предугадать, кто из них попадет в Двадцатку, а кто отправится домой. Они сильные танцоры и шансы есть у обоих. Борис открыл глаза, чтобы посмотреть на конечный результат своего перевоплощению в Симбу. Лицо полностью разрисовали так, что он даже стал немного на себя не похож, но, в целом, смотрелось довольно интересно. Он повернул голову вправо. Вместо Олега в соседнем кресле уже сидела Марта, которой делали прическу.
Борис встал и, захватив меховую накидку, вышел в фойе, чтобы размять мышцы и сделать растяжку перед выходом на сцену. Делая комплекс упражнений, он осознал, что выступить в полную силу, поразить судей своими фирменными прыжками c продольным шпагатом сегодня будет проблематично. Он забыл об этом, когда пошел на поводу у своих желаний. За свою слабость теперь придется расплачиваться, но жалеть об этом он точно не будет.
Объявили начало съемки, Борис заметался по фойе в поисках своих ребят. Дима обнаружился вместе с девчонками, которых он еще раз заставил репетировать. Борису в этом плане повезло больше, он появлялся на сцене только во второй части номера, когда начиналось противостояние Симбы и Шрама.
Завернув за угол, Борис наткнулся на Олега, он разговаривал с… Наташей. Точнее, она что-то говорила, а он внимательно её слушал и хмурился.
– Наш выход, – сообщил Борис и удивился, увидев, каким недобрым взглядом его обожгла девушка. Неужели она что-то о них знает? Нет, это невозможно.
– Да, иду.
Ему показалось, или Олег был чем-то подавлен? Выяснять это немедленно не было времени, они быстро направились к сцене и разошлись в разные стороны, чтобы появиться из противоположных кулис, как было задумано по хореографии. Зазвучала музыка их мюзикла, которую они прослушали за эту ночь раз сто, не меньше. Борис смотрел, как танцуют ребята, и ждал нужного момента, чтобы влиться в номер. Появление Олега на сцене в качестве главы львиного прайда было фееричным. Нужно было признать: ему очень шла роль злодея, и смотрелся он в ней органично.
Пора… Сердце глухо билось о ребра, качая кровь в одном ритме с музыкой. Два льва в центре сцены сшиблись грудью, каждый из них заявлял свое право на главенство в стае. Остальные звери бросились врассыпную, понимая, что встревать между двумя сильными соперниками – себе дороже. Парни отпрянули друг от друга, одновременно делая сальто назад, чтобы разойтись и пойти на новый виток противостояния. Амплитудные синхронные прыжки, совершенные ими в пируэтах, были выполнены на «отлично». Борис знал, что мог выполнить прыжки намного лучше, чем у него получилось, если бы не спазмы, прошивающие его во время резких движений. Он очень надеялся, что под толстым слоем грима не так заметны гримасы боли, непроизвольно возникающие на лице.
Музыка вела танцоров за собой, и они ощущали себя уже не просто конкурсантами, вымотанными бессонной ночью и физически истощенными после испытаний. Нет, сегодня они были актерами и вышли на эту сцену, чтобы показать, чего они достигли, на что способны.
