Гашу порыв написать Владу, решив сохранять хладнокровие. Да и что ещё остаётся. Просто это надо как-то пережить. Другого варианта нет.
Захожу в ванну. Умываюсь, позволяя всё же нескольким слезинкам скатиться, а потом направляюсь к Алисе и зову её на прогулку. Мы же приехали набираться впечатлений, а не грустить. Остальное все подождет.
Листаю фото на телефоне, который валяется на журнальном столике, – и зависаю. Охренеть, в каком красивом месте я оказался, а чувствую себя так паршиво, что не могу даже выйти из номера. Второй день. Или уже третий? Закрываю галерею, открываю календарь. Пять. Сука. Пять дней – как вычеркнули. Теперь понятно, почему голова соображает через раз.
Возвращаюсь в галерею. На автомате выбираю пару красивых снимков с озера Эшинен-зе и отправляю Татьяне. Несколько дней молчания надо как-то прервать. И заодно – на реакцию Снежка посмотреть.
Отвечает сразу. Это хорошо. Не люблю женщин, которые себя накручивают и устраивают истерику на ровном месте.
«Как красиво». У них, говорит, тоже ничего – шлёт ответные снимки. И своё фото с дочерью между делом. Обе улыбаются и вроде как счастливы.
Листаю нашу переписку, цепляюсь взглядом за новую жалобу в органах опеки. Да, точно, что-то такое было. Спрашиваю: всё ли тихо, дергали ли ещё?
«Нет. Все хорошо. Но вот, погоди…»
Вижу, как отправляет видеофайл.
«Буквально сегодня, когда листала местные новости, попалось. Поэтому не хочу, чтобы ты садился за руль. Найди себе хорошего водителя. Хочешь – сама займусь?»
Открываю видео. Машина едет по трассе, потом внезапно выезжает на встречку и влетает в лоб другой. Благо, скорость небольшая.
Останавливаются проезжающие мимо, и мне по одному взгляду на водителя, которого вытаскивают из салона, становится всё ясно – и без громких заголовков. Приступ эпилепсии.
Понятное дело, Таня хочет как лучше, переживает. Но напрасно. Мне и так не светит больше руль. Потому что могу так же как на присланном видео подставить другого человека под удар.
«Поищи водителя, если хочешь. Сама же с ним и собеседование проведёшь», – отписываю.
Отклоняюсь на спинку дивана, закрываю глаза. Надо бы выйти из номера и хоть немного прогуляться. Но последний приступ, да ещё с потерей сознания – прямо на глазах у комиссии, куда притащил все свои бумажки и заключения, нормально меня выкосил. Наверное, зрелищное было шоу. Хотя – вполне ожидаемое. Стресс, недосып, два перелёта. Другого исхода в тот день и быть не могло. Помню, как в себя приходил – не мог связать и двух слов. А потом сразу же – ещё один приход словил. Организм будто со мной в сговор вошёл.
Когда отпустило, перебрался к озеру. Придётся продлить отпуск – минимум на три-четыре дня, чтобы прийти в себя окончательно. Иначе следующий перелёт только добьёт, а в Москве дел – по горло.
Врач, которого пришлось вызвать, ставит капельницу – и я ненадолго засыпаю. Просыпаюсь от дикого голода и, наконец-то, с отличным самочувствием. Сначала собираюсь заказать еду в номер, а потом решаю спуститься в ресторан и завтра уже выбраться на прогулку, хотя бы короткую.
Беру бокал вина и мясо. Пока жду, окидываю зал взглядом. Внимание привлекает весёлая компания неподалёку – шутят, смеются. Среди них как будто мелькает знакомое лицо, и я думаю, что словил глюк. Прищурившись, всматриваюсь пристальнее – и рот сам собой растягивается в улыбке.
Да ладно? Быть такого не может.
Подходит официант, расставляет блюда, при мне наливает вино из бутылки.
Настроения влиться в движ поблизости нет, поэтому я просто занимаю роль молчаливого наблюдателя. И чем дольше сижу в стороне, тем сильнее охуеваю.
Сколар не один. В компании жгучей брюнетки с длинными прямыми волосами. Выглядит эффектно, но как-то чужеродно. Не из их тусовки. К золотой молодёжи явно отношения не имеет. И смотрит на девушку, болтающую с Демьяном, с таким презрением, что становится ясно – между этими двумя тёмненькими неминуемо вспыхнет стычка.
Так и выходит.
Спутница Сколара хватает бокал шампанского и плескает сопернице в лицо. Та срывается с места, бросается на неё. Сколар встаёт между ними.
Я, как-то о слабости забываю, наблюдая за этой потасовкой с интересом. Сколар дёргает брюнетку за локоть, поднимает со стула, увлекает в сторону, что-то ей говорит, затем тащит из ресторана. Проходят мимо. Он ловит мой взгляд – и на миг замирает.
– Вот так встреча, – всё так же удерживая брюнетку за локоть, приближается ко мне.
В какой-то момент она с шипением вырывается:
– Мне больно, отпусти! – смотрит на него с таким гневом, что я заочно её одобряю. Этого заносчивого говнюка иногда надо ставить на место.
Цокая каблуками идет к выходу, а я смотрю на ее задницу. Она у девчонки – зачётная. И талия – огонь.
– В России не захотел увидеться, но судьба тебя и тут нашла.
– Да уж, – хмыкает Демьян, вкладывая руки в карманы брюк и рассматривая мой пир.
– Выглядишь хреново.
– Чувствую себя так же.
– Это то, о чём я думаю? В Цюрихе был?
– Без понятия, о чём ты думаешь. Но, полагаю, о той горячей девчонке, которая обозвала тебя мудаком.
Бросает взгляд в сторону двери. Ухмыляется.
