Да, Катерина вспоминала и думала об Александре. Достаточно часто.
И он всегда ассоциировался у нее с защитой, поддержкой и надежностью. Не раз бывало искушение найти его, связаться… Просто поболтать, наверное, хотелось. Хотя иногда и о помощи попросить возникало малодушное желание. Только навязываться ненавидела. Никому. Вот и не искала.
Да и мама… Тяжело все было в прошлом их семьи, и мать Кати старалась как можно меньше о том вспоминать. И Катерину просила не ворошить.
Но уж точно Катерина не ждала, что при встрече с Сашей ее накроет вот так… как это случилось сегодня утром в купе, когда мужские губы коснулись лица… Или так, тем более, как немногим позднее, когда они столкнулись на выходе из ванной комнаты в его гостиничном номере…
… Чистота — обожала это ощущение! Вот вроде и вагон в поезде хороший, «люкс» же! А все равно какой-то «привкус» всегда оставался, заставляя ощущать себя некомфортно. И сейчас Катя просто блаженствовала. Несмотря на некоторую неловкость, не могла не признать, что идея Саши с гостиницей и горячим душем оказалась прекрасной.
Александр ей даже уступил «свой» халат, чтоб не ждать, пока принесут второй по его просьбе. Так что теперь Катя искренне балдела, в прямом смысле этого слова. Несколько минут чистого релакса перед очень суматошным днем… А могла же в самом деле сидеть в какой-то сомнительной кафешке у вокзала. И все благодаря Саше.
Кстати…
Еще раз промокнула лицо, отложила полотенце, посмотрев с некоторым сомнением на часы, подаренные Ольшевским. Казалось очень неудобным принять этот дар… Она сняла их перед тем, как забраться в душевую кабинку, а теперь не знала, надевать ли вновь? Дорогой подарок, даже слишком. А повода, как такового, и нет… До ее юбилея, про который он намекал, еще две недели, если по-честному.
Все еще сомневаясь, решила вернуться в комнату и взять вещи, чтобы переодеться. Часы оставила около раскрытого мужского несессера, в котором тайком, чувствуя себя почти шпионкой, уже понюхала парфюм Саши. Просто «Мм-м-м», кстати, какой аромат. Катерине о-о-очень понравился. Но, ладно, сейчас к завтраку надо успеть переодеться.
Открыла дверь ванной и… столкнулась с мужчиной буквально на входе. Саша стоял у двери с занесенной рукой, словно бы собирался стучать.
— О, ты все, Катюша? Хорошо. А то я забыл тут запонку, — улыбнулся он, встретившись с ней взглядом. Начал опускать сжатую в кулак ладонь, но уперся в качнувшуюся дверь, перехватив, не дав захлопнуться.
Она оказалась между ним и дверью. Под его рукой, совсем близко к мужской груди…
Уф-ф-ф.
Ольшевский возвышался над ней всего на пол головы, никогда гигантом не был, но Кате это даже нравилось. По многим причинам…
А сейчас она вдруг ощутила себя окруженной им, укрытой. Это было непривычное ощущение. И очень заманчивое, обещающее защиту и покой, от чего давно успела отвыкнуть.
Катерина занервничала, вскинулась, зачем-то суетливо поправила ворот пушистого халата, дернулась, скользнула пальцами по чуть завившимся от влажности волосам… Тяжело сглотнула.
Потому что у нее дух вышибло от его вида. Вот словно врезалась грудью в стену… Или в ту самую крепкую мужскую грудь перед ней. И коленки задрожали горячей, предательской слабостью.
Александр уже переоделся в классическую белую рубашку, шикарно севшую на мощные плечи, явно знакомые с тренажерами спортзала, и костюмные брюки. Вокруг его ворота свободно болтался пока еще не завязанный галстук. А один из рукавов в самом деле был не застегнут.
Но Катя смотрела не на одежду. Ох, нет! Она взгляд от самого Саши отвести не могла, как-то совсем по-новому заметив резкость скул и тяжеловатого подбородка. Тот самый, чуть искривленный нос, который он сломал, защищая ее собой от столкновения с авто много лет назад. И легкую темную щетину, которую то ли поленился сбрить, то ли не успел еще. Грубоватый кадык на шее, оголенной этим расстегнутым воротом, цепочку в основании, видно, от крестика…
У Кати затылок взмок под волосами. И пришлось сглотнуть, проталкивая комок, который ни с того, ни с сего, перекрыл горло. Вышло шумно. Саша услышал, это ясно. И на нее глянул так, что у Катерины еще и в ушах зашумело.
Жарко, жадно, властно! Чисто по-мужски.
Зависли. Забыли обо всем, что вокруг! Про завтрак, на который надо идти, про встречи и дела, что предстояли вскоре обоим. Ничего нет больше, только он и она. Мужчина и женщина. Глаза в глаза. И сердца так застучали, что обоим пульс другого слышен, кажется…
И лица уже почему-то очень близко, она его резкое дыхание на своих губах ощущает.
Неожиданно?..
Слабо сказано.
У нее имелся за плечами опыт и довольно неудачного брака, о котором Катя предпочитала как можно реже вспоминать, да и просто отношений.
Но она никогда раньше не думала об Александре вот так… как женщина о мужчине. Катерина когда-то привыкла его считать своим другом, насколько могут дружить девчонка двенадцати лет и парень двадцати трех. В чем-то Саша был ее наставником и ангелом-хранителем, безусловно. Ведь несколько лет он действительно ее охранял. А потом… потом так много всего поменялось…
