1-я армия могла нанести удар с востока, через Волхов. А 54-я армия, используя разрывы в обороне противника, могла выйти в тыл XXVIII и I армейским корпусам. Прорывы через железную дорогу Мга — Кириши вызывали у немецкого командования большое опасение. И немцы приняли решение о строительстве сплошной линии обороны вдоль железнодорожной насыпи на стыке корпусов.
27 декабря некоторых успехов у Лодвы добились бойцы Синявинской оперативной группы. Им удалось вклиниться между опорными пунктами у Лодвы и Пушечной горы. Южнее 281-я сд в ходе наступления перерезала железную дорогу в 2 км сев.-вост. Погостья и одним полком наступала на развилку дорог (3,5 км северо-восточнее станции). Кроме того, с 27 декабря на Погостье развернули 285-ю сд.
80-я сд 77-м и 153-м полками перерезала дорогу у разъезда Жарок, 218-й стрелковый полк вел бой в районе Бараки Восточные. Затем дивизия Брыгина перешла полотно железной дороги и двинулась к деревне Кондуе. Получался охват частей XXVIII корпуса с востока. Впрочем, немецкая разведка вскрыла сосредоточение дивизии еще до начала операции. По данным радиоперехватов и допросам пленных и перебежчиков немцы установили, что ожидается подход еще одной дивизии. Они даже смогли точно определить ее номер.
В это же время 311-я сд полковника С. Б. Биякова из состава Волховской оперативной группы прорвалась за железную дорогу у Посадникова Острова и Ларионова Острова и, угрожая окружением Киришей, выдвинулась в немецкий тыл[43].
Из состава Волховской оперативной группы для переброски к Погостью вывели 3-ю гвардейскую сд. Теперь ею командовал Герой Советского Союза А. А. Краснов. Вот-вот должен был развернуться новый этап боев. Что он принесет, ни одна из сторон предугадать не могла.
В то же время 4-я армия должна была уже завязать бои за Кириши. Наличие на стыке и в тылу двух немецких корпусов целой дивизии Биякова могло оказаться серьезным подспорьем для удачного завершения операции. Но этого, к сожалению, так и не произошло.
В ночь с 27 на 28 декабря продолжался бой у Лодвы и Малуксы. Судя по тому, как действовала 54-я армия, Федюнинский предполагал, что ему удастся быстро прорвать вражескую оборону, обойдя опорные пункты и выйдя к немцам в тыл.
Немецкий гарнизон в Малуксе отразил атаку, а разведывательный батальон из 269-й пд смог выбить красноармейцев из захваченного ранее опорного пункта. Как указывает И. Прокофьев, в тот день 281-я сд наступала на Погостье от Западных Бараков. Ее 1062-й и 1064-й стрелковые полки, контратакованные противником при поддержке танков, были вынуждены отойти за железную дорогу. После этого командиром 281-й дивизии назначили полковника Ивана Кондратьевича Кравцова, который ранее командовал 21-й танковой дивизией.
Советские бойцы перехватили один немецкий санный обоз и взорвали мост у Малуксы. 269-я пд отвела свои части к железной дороге. На 29 декабря противник назначил уничтожение вклинившихся между Лодвой и Пушечной красноармейцев. Чтобы облегчить положение у Малуксы, туда было решено послать III батальон 322-го полка из состава 285-й охранной дивизии. В районе Виняголова занял позиции 280-й зенитно-артиллерийский дивизион. Для борьбы с группами красноармейцев в тылу из состава приданной батареи штурмовых орудий сформировали пехотную роту, которую решено было выбросить в район Кондуи. Ее численность составляла всего 52 человека с вооружением в 40 карабинов и 4 ручных пулемета. Танки 8-й дивизии в количестве 6 единиц остались в составе 269-й пд. Для строительства укреплений использовался 667-й саперный батальон.
Штаб 54-й армии все еще не оставлял надежд на быстрый прорыв обороны противника. У Федюнинского родилась еще одна блестящая идея. Он всерьез предполагал, что после того как немцы будут выбиты из Малуксы и Погостья, ему удастся направить в прорыв 122-ю танковую бригаду, которая должна будет выйти к поселку Шапки и далее к Тосно. Но на момент отдачи этого приказа советским войскам и при лучших раскладах еще ни разу не удалось прорвать немецкую оборону и совершенно непонятно, с чего вдруг они могли бы без серьезной подготовки прорвать ее сейчас. С таким же успехом Федюнинский мог рассчитывать на схождение на немцев с небес огненной бури. Свежих сил у 54-й армии не было, а план командующего совершенно не учитывал ее реальных возможностей. Тем не менее в его штабе всерьез предписывали танкистам перейти полотно железной дороги и вслед за пехотой самостоятельно действовать в немецком тылу. Предполагалось, что это все будет происходить без снабжения боеприпасами, горючим и без минимальных средств ремонта техники. При этом часть советской техники показала себя абсолютно непригодной для действий в зимних условиях, а в нашем случает речь идет о легких танках, которые не были способны преодолевать глубокий снег.
