Битва в тупике. Погостье. 1941-1942 полностью

Вечером состоялся разговор между Гербертом Лохом и Георгом Линдеманном. Лох рассказал о танковых атаках, и доложил, что утром будет выдвигать сильное боевое охранение с целью обмана советского командования. Видимо, он надеялся этим задержать наступление РККА. Сил, чтобы образовать единый фронт обороны, у него не было. А самая опасная для немцев ситуация могла сложиться в случае возможного советского наступления на Зенино. Для обороны этой деревни Герберт Лох смог к вечеру 18 марта выделить только слабые силы. В журнале боевых действий ситуация на участке XXVIII корпуса характеризовалась как сложная. Но основное внимание немецкого командования на уровне армии и выше было приковано к событиям у Мясного Бора.

Донесение штаба Ленинградского фронта в Генштаб:

«54-я армия продолжала развивать наступление на любанском направлении и к исходу 18.3 занимала положение:

80 сд занимала опушку леса (1 км сев. Кондуя) и отбила контратаку противника силою до роты с танками;

198 сд овладела стыком дорог (2 км зап. Шала). Дивизия выводится в резерв для пополнения;

11 сд вышла к полевой дороге (1-2 км зап. Шала);

294 сд, очистив от противника поляну юго-зап. Шала, вышла к югу Сараи (3 км юго-зап. Шала);

33 сбр, очистив от противника выступ леса (2 км юго-зап. Шала), вышла в район выс. 49,6;

3 гв. сд вела бой с противником одним полком у отм. 46,0 (2 км юго-вост. Кондуя), другим полком у отм. 36,5 (4 км сев. Зенино) и третьим полком у Зенино;

32 сбр в движении на Малиновка, в 18.00 18.3 головой подходила к поляне (2 км юго-зап. Дружево)».

Как видно из этого донесения, штаб Ленинградского фронта считал, что 3-я гв. сд уже у Зенина. Этой деревне предстояло стать одной из ключевых точек борьбы на всем участке 54-й армии.

Еще вечером 18 марта командованию XXVIII корпуса стало ясно, что они расходуют свои последние резервы, и через 4-5 дней им придется просить штаб армии о выделении подкрепления из армейских резервов. Красноармейцы действительно смогли создать врагу несколько острых моментов. Деревню Кондую, в которой были сосредоточены значительные запасы материалов, боеприпасов, топлива, части 54-й армии обошли уже с севера и частично с востока. Впрочем, немцам удалось несколько выправить положение и сорвать штурм. Для борьбы с танками они вынуждены были применить даже горные пушки, которые предсказуемо были раздавлены. К вечеру у противника начали заканчиваться боеприпасы. Почти все штурмовые орудия уже были выведены из строя, последнее из них было отправлено на запад от «Звезды Мерседес», где несколько советских танков прорвались на юг и безнаказанно утюжили немецкие пути снабжения.

Командир 269-й пд потребовал поддержки с воздуха и заявил, что его частям нужны сутки для приведения себя в порядок. Но времени для этого им получить не удалось — случилось непредвиденное. Судорожные попытки противника прикрыть участок у Зенина серьезного успеха не имели. Разведка сообщила о том, куда наступают части 54-й армии. Это не сильно помогло противнику. Штаб Группы армий «Север» получил следующее донесение: «Противник прорывается между 11 и 269 пд восточнее Шала. Враг атакует сильными частями при поддержке танков тыловую позицию с севера-востока, и перехватил, двигаясь с юго-запада, наш путь снабжения примерно в 1км южнее...»[91] Но окончательно весь ужас произошедшего в штабе XXVIII корпуса осознали только к вечеру 19 марта[92]. Ведь поначалу в штабе Герберта Лоха ситуацию оценивали, как обычно, без особого пессимизма. Для того чтобы заткнуть брешь, в бой бросили последние резервы. В район Зенина отправился батальон 374-го пехотного полка. Немцам очень повезло, что они успели занять деревню хотя бы этими силами. В состав корпуса также прибыли части 1-го пехотного полка, а в район у деревни Кондуи был переброшен 469-й пехотный полк.