Ко всему вышеизложенному остается добавить следующее. Со стороны противника после донесения о прорыве обороны южнее деревни Шала более никаких дополнительных данных штаб 18-й армии в вышестоящий штаб Группы армий не давал. Штаб соседнего I армейского корпуса начал постепенно осознавать, что на участке севернее Любани обстановка все более обостряется. Днем в штаб 18-й армии от его офицеров поступило несколько докладов об обстановке. Все они демонстрировали крайнюю обеспокоенность ситуацией, ведь теперь удар мог быть нанесен в тыл и во фланг немецким войскам, оборонявшим участок вдоль р. Волхов. Поэтому корпус начал снимать войска с южного участка, где немцы только недавно смогли остановить наступление 2-й Ударной армии. Но резервов не было и у него. Все, что удалось наскрести к исходу дня, составило всего лишь одну полковую группу. И ее сил хватало только для боев в районе Липовик — Дубовик.
Тем временем штаб Герберта Лоха начал принимать меры к укреплению обороны южного участка обороны 269-й сд. Туда на крайний правый фланг дивизии должен был быть переброшен 490-й пехотный полк, который снова возвращался в состав дивизии. Несмотря на некоторую недооценку опасности положения, немецкое командование начало принимать меры, чтобы прочно прикрыть все наиболее угрожаемые участки.
В этот день наступление советских войск продолжилось. В немецкую оборону вбивался клин. Острие его клина было направлено на юг, а ось проходила восточнее деревни Кондуи. В сочетании с глубоким охватом, получившимся в результате выхода 3-й гвардейской стрелковой дивизии к деревне Зенино, это давало хороший шанс на большой успех советского наступления.
Ввод немцами в бой резервов по частям не спасал их положения. Фронт их обороны все больше смещался к реке Кородыне, которая могла стать естественным рубежом, на котором можно было попробовать закрепиться. В саму деревню Кородыню перебросили батальон 506-го пехотного полка (из 291-й пд) и II батальон 389-го пехотного полка. Последний подчинялся 269-й пд. Он должен был установить связь с 374-м пехотным полком в Зенино и вести разведку. С участка 96-й пд срочно снимался III батальон 490-го пехотного полка.
Самые тяжелые бои в этот день развернулись у деревни Зенино. 20 марта гвардейцы 3-й дивизии начали ее штурм. Завязался ожесточенный бой, в ходе которого, судя по донесению штаба дивизии, 5-й гвардейский стрелковый полк смог ворваться в деревню.
Всего после переброски в район Зенина батальона 389-го пехотного полка и батареи горных пушек, которые обслуживал личный состав из 223-й пд, в деревне находилось больше двух батальонов пехоты, артиллеристы, саперы и части снабжения. Еще утром они отбили одну атаку, затем около 11 ч 30 мин последовала еще одна атака, которую поддержали четыре танка, идентифицированные немцами как Т-34. Потеряв одно орудие и двух человек ранеными, артиллеристам удалось подбить один танк.
Как выяснилось из документов Ленинградского фронта, атаковавшие утром танки принадлежали 98-й танковой бригаде. Из ее отчета известно, что в 11 ч 20 марта семь Т-34 пошли в атаку на Зенино. Пехота в атаку подняться не смогла. Тогда машины вернулись в исходное положение. В 13 ч атаку повторили, танки дошли до Зенино, больше получаса прождали там пехоту и вернулись обратно.
По немецким данным, около 15 часов началась третья за день атака. Вовремя заметить танк в густом лесу было сложно, поэтому машины смогли подойти вплотную и раздавили одну пушку. Еще одну пушку расстреляли танки.
В 18 ч танкисты вновь пошли в бой. На машины 98-й бригады посадили 25 красноармейцев. Десанту удалось закрепиться в Зенино. Два танка Т-34 сгорели, еще одна машина была подбита.
В ходе четвертой атаки немцам удалось подбить еще два танка. Но танкисты расстреляли еще три пушки. Четвертая получила повреждение и стала непригодна к использованию. Батарея потеряла четверых убитыми, двух ранеными и трех пропавшими без вести.
Позже, в докладе о действиях III батальона 374-го пехотного полка у Зенина, утверждалось, что, когда танки ворвались в деревню, пехота не смогла с ними справиться. Ведя огонь из пушек, танки поджигали дом за домом, давили гусеницами огневые точки. После этого часть деревни была оставлена немецкой пехотой.
